Рыжая и Кактус возмездия

О мальчиках когда думать начнёшь? Я в твоем возрасте бегала на свидания, гуляла по ночам и уже начала целоваться с отцом Каролины, а ты?

– А я не шарахаюсь по вечеринкам, не пью с подружками в барах, не позорю тебя перед соседями и не планирую огорошить новостью «мама, я залетела»!

Но если кто и рассчитывал на слезы умиления, фанфары и именной приз с надписью «ты идеальная дочь!», то только не я.

– Вот именно! – всплеснула руками матушка. – Дочь, о чем в старости вспоминать собираешься? О том как сидела в обнимку с книгами ночи на пролет? Что внукам расскажешь? Это если у тебя конечно будут внуки!

Я скрестила руки на груди и поспешила увести разговор с неприятных рельсов:

– Так, драгоценный родитель, шла б ты спать, а?

И она действительно пошла, но только после получасовой нотации о скоротечности юности и том, что мне пора обзавестись сердечным опытом.

Предки, ну почему родители никогда не бывают довольны своими чадами? Что за извечная страсть переделывать и ломать?

– Ты занимаешься этим отказом? – наконец заметила мама исчерканные пометками листы, и ее тон стал категоричным.

– Но…

– И никаких «но», юная леди! – Мама «умеет» ставит точку в разговоре. Она же жизнь прожила, она все знает.

А я что? Я идеальная дочь, поэтому с утра пораньше собрала учебники, свои записи, все распечатки, что удалось добыть за эту неделю, и перекочевала в кафе неподалеку.

С глаз долой – родители спокойны. Но мамина реакция настораживала.

Нет, Милену Локвуд сложно было отнести к разряду здравомыслящих женщин. Начнем хотя бы с того, что отцы в нашей семье, как коты. Не приживались.

Первый брак случился из-за минуты страсти и отсутствию средств защиты под рукой (впору вспомнить стратегические запасы презервативов в сумочки Джулии Бел и мысленно посетовать). Брак начался с пышной свадьбы и скончался в муках скандала аккурат перед рождением моей сестры, когда глава семьи был пойман в койке с маминым лучшим другом и спущен с лестницы.

После этого наступило недолгое затишье, и эпическая встреча с моим отцом. Каролине едва стукнуло четыре, когда Милену Локвуд повторно повели под венец, а через пять месяцев после еще одного особо пышного венчанья родилась я.

Мой отец не стал опускаться до мужеложства с мамиными друзьями, а просто тихо и интеллигентно исчез на моем третьем году жизни, оставив вместо себя деда.