В поисках того самого

— К твоему несчастью, вымерли не до конца, иначе с оборотом проблем бы не было. — Нита поймала себя на том, что повторяет когтем на столешнице узор татуировки и хлопнула ладонью по столу. Где мальчишка только подцепил эту гадость?

— Так ты поможешь или нет? — Взгляд волчонка стал острым, пронзительным, удивительно взрослым, так что Ните на какой-то момент сделалось под ним не по себе. Видимо, допекла парня эта его проблема.

— Я… попробую, — осторожно отозвалась она, стряхнув неприятное ощущение. — Сядь и поешь наконец.

— Попробуешь? Звучит не очень обнадёживающе, — поморщился Ларс, но перебрался за стол.

— А тебя приободрить надо было? Ну извини, малыш, за этим не ко мне! — Нита развела руками. Её тоже раздражала собственная неуверенность и растерянность, но не показывать же это мальчишке! — Ты понимаешь что-нибудь в теории магии?

— Нет. Расскажи, — коротко отозвался он и взялся за ложку.

А Нита, вздохнув, собралась с мыслями и постаралась объяснить всё как можно короче и проще.

Самой распространённой была природная магия, и именно её подразумевали обыватели каждый раз, когда говорили о тонких искусствах.

Каменные деревья источали силу, которой могли пользоваться одарённые. Артефакты и большинство заклинаний работали именно на этой магии, и немногие задумывались, что у неё есть обратная сторона.

Энергия не уходила в никуда. Преобразованная сила возвращалась в свободное пространство, откуда её впитывали каменные деревья, перерабатывали и замыкали круговорот.

Именно эта сила порождала нежить.

Именно ею питались магические падальщики вроде лазурниц. Именно ею управляли имаи и ещё сотни разных магов, развивавших самые экзотические практики, и ведьмы тоже работали с ней.

У природной магии были простые и логичные законы, и почти все изощрения специалистов сводились к комбинации основных, строя нужные чары, словно ребёнок — дом из кубиков. А вот вторичную магию практиковали кто во что горазд, это в гораздо большей степени было искусство, нежели наука.

Но даже на этом фоне имаи умудрились выделиться. Их чары называли проклятиями, но по сути это было что-то на стыке искусства, философии, религии и древних традиций.

— Хорошая новость в том, что пока ты жив, эта магия обратима, — сообщила Нита.

— А плохая?

Пока она объясняла основы, Ларс успел умять всю кашу до крошки и только волевым усилием не дал себе облизать тарелку. Молодой организм стремительно восстанавливался и требовал для этого ресурсов.