Академия божественных жен

Все ждали вспышки гнева от Фьёлы, но ее не последовало. Хотя говорить о богах подобным тоном после силы, которую нам продемонстрировала Олэна, по меньшей мере, недальновидно.

– Вы все в чем-то правы, – улыбнулась преподавательница. – Но лишь в чем-то. Я вас научу. Мужчина и женщина. Испокон веков мужчина олицетворяет собой воина, защитника и добытчика. Женщина – это хранительница очага. Хозяйка дома и мать. Алена, ты засыпаешь?

Не засыпаю! Просто от всего этого бреда мне захотелось схватиться за голову.

– Нет. У меня вопрос. – Я выпрямилась.

– Слушаю, – преподавательница с любопытством смотрела на меня.

– Хозяйка дома – это значит, что на территории дома жена действительно хозяйка?

– Это значит, – сказала Фьёла, – что жена управляет вверенным ей домом. Управляет слугами, следит за тем, чтобы все в хозяйстве было хорошо. Чтобы белье и одежда всегда были чистыми, чтобы на столе всегда была вкусная еда, а пыль вовремя протирали.

Виола подняла руку. Дождавшись разрешения, спросила:

– Но мы ведь не будем все это делать сами?

– Конечно нет. Как только можно было такое подумать. Все это будут делать слуги. Но вы должны будете присматривать, чтобы слуги справлялись со своими обязанностями.

Магнолия самоуверенно кивнула.

– Конечно, нас всех этому учили. Но… – она бросила в мою сторону на удивление заинтересованный взгляд, – я подозреваю, вопрос Алены был не только в этом. Хозяйка дома – это значит, что жена дома главная?

Ну надо же, какая смелая.

– Как можно такое подумать! – повторила Фьёла удивленно. – Главный всегда и во всем муж. Как он скажет – так и будет. Хозяйка дома – это та, которая ведет хозяйство, только и всего. Хранительница очага – та, которая заботится о доме, делает его местом отдыха и счастья для своего мужа.

– Значит, мы этим и будем заниматься? Обучаться правильно вести хозяйство?

– Нет! Не совсем так. Я научу вас правильным отношениям между мужем и женой. А то, как посмотрю, некоторые у нас такие строптивые, – она шутливо погрозила пальчиком сначала Магнолии, а потом и мне. Но, несмотря на напускное веселье, мне подумалось, что спорить с Фьёлой и что-то доказывать не стоит.