Новый мир для Киани. Школа стражей. 2 том.

- И это говорит мне лэри, что была всего на пару лет старше меня, когда взяла на воспитание первых девочек? – Пожала я плечами. - Я тоже не могу понять, почему вы тогда не стали думать об учебе и свиданиях.

Лэри Мэй отвернулась, я не стала настаивать и запустила новое сканирование территории, все же нервное напряжение не уходило.

- Мне было семнадцать лет, когда я впервые влюбилась, – тихий голос лэри заставил меня вздрогнуть, слишком много боли в нем сквозило. – Моя семья не одобрила моего выбора. Вернее, была недовольна тем, что я полюбила караванщика.

Его уделом были путешествия и дороги. Мне это казалось таким романтичным, а моя семья надеялась, что я обрету свое семейное счастье в нашем городе. Но окрыленная чувствами, я закрыла глаза и бросилась во взрослую жизнь.

С каждым днем мы уезжали все дальше и дальше от моего родного дома. Я, домашняя девочка, воспитанная двумя учителями средней школы, самоотверженно привыкала к жизни в караване. Старалась не вскрикивать по ночам, когда слышала диких зверей за пределами лагеря, моя бытовая магия облегчала жизнь путешественникам, и я всегда искала возможность порадовать мужа, а он всегда приносил мне что-то интересное.

Когда ты искренне любишь и любима, все переносится легче. Мой муж поддерживал меня во всем и, несмотря на то, что я оказалась вдали от привычного мира, была искренне счастлива. Полюбила простор дорог, новые встречи. Я прожила в караване больше двух лет, когда потеряла друзей, мужа и ребенка.

Бледное лицо застыло в немой борьбе с болью утраты.

- На наш караван напали отступники. Старший вовремя дал сингалку. Не прошло и пяти минут, как стражи пришли нам на помощь, но отступников было слишком много…

Её глаза наполнились слезами, мне хотелось остановить её, сказать, что все в прошлом, но не могла. Чувствуя её боль через Мирха, понимала, что этот разговор принесет ей облегчение и просто застыла на месте, стараясь не спугнуть её откровенность.

- Меня вытащил из той мясорубки молодой страж. Моего ребенка, так забавно пинающегося под сердцем, спасти не удалось. Тогда мне не хотелось жить… Я вернулась в родительский дом, старалась ради мамы войти в привычный ритм жизни, но, когда у тебя вырвано сердце — это очень трудно сделать. В истинной любви самое страшное – потерять своего избранника. Потому что он становится для тебя всем: твоим дыханием, твоим зрением, твоим голосом.