Исцеляющее сердце

Ох, неужели все случится сейчас?

Казалось, будто сердце сейчас выпрыгнет от волнения!

— Давай я помогу тебе развязать корсет? С непривычки ты наверняка страдаешь от такой сильной затяжки, а ведь тебе пришлось ходить в нем целый день, — заботливо предложил Уильям совсем невозмутимым голосом. Ноги словно сами меня понесли в центр комнаты, где я и остановилась спиной к супругу и лицом к зеркалу. Левой рукой я машинально схватилась за бюст платья, хотя корсет еще даже не развязали.

Вряд ли, конечно, это случится, но как-то не очень хотелось, чтобы платье рухнуло с меня посреди комнаты.

В отражении я с трепетом наблюдала, как супруг внимательно смотрит на мою спину и развязывает надоедливый корсет. Веревки постепенно ослаблялись. Вскоре утяжки платья настолько ослабли, что дышать стало намного свободнее, а кожу под корсетом овеяло облегчающей прохладой.

Только вот Уильям совсем не спешил отстраняться. Скорее, наоборот, он еще больше приблизился, благодаря чему было почти отчетливо слышно его дыхание. Его левая рука прижала меня к себе, а правая стала гладить мое плечо.

Медленные, приятные, сводящие с ума движения…

Рука Уильяма тихонько поднималась выше, пока не добралась до ложбинки на груди, которую украшало подаренное им ожерелье. Дыхание снова перехватило, но на этот раз не от корсета и даже не от страха. Игриво потеребив камешек на ожерелье, настырная конечность уверенным движением слегка приспустила корсет и сжала левую грудь, что заставило меня издать странный звук.

Я такого еще ни разу от себя не слышала.

Я что, только что стонала?!

В правом ухе отдалось его возбуждающее, разжигающее ответную страсть учащенное дыхание, а через секунду теплые уста прильнули к моему плечу. И опять из моих уст раздался этот негромкий странный звук.

От его настойчивых, но приятных прикосновений живот стало как-то странно сводить. Мне совсем не было больно, скорее, даже наоборот — почему-то не хотелось, чтобы он прекращал! Словно инстинктивно, я погладила его руку, что мягко, но до сумасшествия приятно ласкала мою грудь.

Поцелуи, опаляющие плечо, становились все настойчивее, иногда прикусывая нежную кожу. Постепенно он поднимался все выше, пока не добрался до шеи. Глаза в этот момент почему-то скользнули на наше отражение, где ярко блеснули его клыки.

Разожженая страсть мгновенно угасла, сменившись страхом, и я резко дернулась, испуганно вскрикнув. Уильям не ожидал этого движения и я, сама того не ведая, в итоге прилично поцарапалась о его выступающие клыки.