Лес будет помнить наши следы

Тихий свист за спиной заставил Дрея остановиться. Тут же его тенями окружили местные мужчины. Дрей видел двоих. Он потянул носом: еще двое за спиной. Дрей улыбнулся про себя, понимая, что село охраняют не слишком тщательно.

«Ишь, чужак уже к домам подошел, а эти пеньки только явились». Вслух он этого говорить не стал. Окружившие его мужчины тоже молчали, традиционно ожидая слов пришлого. Волки грызут молча.

— Внук Урсалы. Прибыл проведать. Иду к ней, — спокойно доложил он, глядя прямо перед собой.

— О как. Внук. Туда? — рыжеволосый и конопатый бугай перед ним намеренно показал не на тот дом.

— Туда, — легко прошел проверку Дрей, показав в верном направлении.

Селяне чуть расслабились. Бугай осклабился, хрустнул длинной шеей и открыто зевнул, показывая зубастую пасть.

— Не слышал, чтобы у Урсалы внуки были, — бросил он. — Она ж бездетная.

Растягивал слова он неторопливо, по-сельски. Тут никто никуда не торопился.

— Молод еще, — так же неспешно ответил ему другой, со спины.

— Были у родственников, но в город перебрались. А не знаешь ли ты Дрея-серого часом?

Услышав свое имя, Дрей обернулся, встретившись глазами с коренастым черноволосым великородным в тонкой кожаной куртке. На коричневых рукавах сверкали капельки росы. Дрей тут же понял, что мужчина только вернулся с охоты.

— Видал такого, — подтвердил, изучая лицо. — А ты — не знаешь ли Шира?

Тот ухмыльнулся.

— Да чтоб я в свой капкан попал! Дрей!

— Шир! А ты чего такой широкий?

Они были друзьями двадцать лет назад.

От вертлявого худого мальчишки, каким когда-то был Шир, почти ничего не осталось, но синие глаза и широкая улыбка были почти те же, и принадлежали ему, старому другу Дрея. Ох, сколько с ним было наверчено!

— Это чтобы ты не выпирал, рожа волчья! — парировал Шир, приветливо раскрывая объятия. — Откуда? Как? Эк тебя потрепало!

— Медведь пожевал, но выплюнул. Сам как? Как охота?

Они стукнулись плечами. От души похлопав друг друга по спинам, и быстро переговорив, сговорились встретиться вечером и отметить.

Дальше Дрей продолжал путь уже в приподнятом настроении.

Дом бабушки, накрытый соломенной шапкой, стоял в ряду других. Пусть земли в лесу полно, селяне выбирали лучшие и самые удобные, ровные места, а их традиционно немного. С одной стороны — пригорок, с другой — овраг, да и доступ к воде всем нужен. Так и ставили дома в обнимку с соседом. Избушка Урсалы выглядела хуже большинства.