Пять причин убить тебя

Между парой и властью красный дракон выбирал пару.

- С этого дня ты ответственен за её питание. Через месяц будет проведен ритуал выбора нового преемника. Я всё сказал. - произнёс Варлан, прежде чем уйти.

Нэйвир рвано выдохнул. Что ж, он знал, что это будет непросто. И родители - наименьшее препятствие на его пути. Как понравиться Чистильщику, если для неё он - заражённый, вот в чем беда.

Жаль, что все старания и силы, которые он вложил, чтоб стать достойным преемником, пропали зря. Нэйвир поджал губы, нервно хохотнув, такими темпами он присоединится к своей паре и, видимо, в силу обстоятельств, тоже станет Чистильщиком.

Все же его пара не должна подвергать себя такой опасности, и чтобы обеспечить ей уровень жизни, к которому она привыкла, Нэйвиру придется податься либо в пираты и разбойники, либо в Чистильщики. Надо же как-то свою будущую семью кормить.

Мысль стать Чистильщиком звучала погано и оставляла неприятный осадок, но идея создать семью Чистильщиков показалась дракону забавной. Будет у них семья предателей, что тут поделать.

Ни обстоятельства их встречи, ни предрассудки Нэйвир изменить уже не мог, придется иметь дело с тем, что есть.

Красный дракон навестил свой дом, сменил одежду и ушёл в лес, взяв с собой лишь меч.

Холодный воздух пробирался под броню и плотную ткань рубашки, заставляя кожу покрываться мурашками.

У Ингвильд закончилась мана, и даже простейшее заклинание с защитой от холода было ей не под силу. Увы, размер резерва магии постоянно скакал, причину этого раздражающего явления она не знала, но то, что она никогда не может рассчитывать на собственную магию, раздражало.

Пусть минимальное количество вместимости резерва все ещё оставалось высоким и делало из нее мага высшего ранга, сам фактор неожиданности, когда она даже не может знать наверняка, на сколько заклинаний ее хватит и стоит ли рисковать жизнью, экономя ману, невероятно злил.

Ингвильд открыла дверь, бросила взгляд на стол и мученически застонала - список жителей был, а еда - нет. Хоть бумагу эту ешь.

Сил злиться не было, она доплелась до кровати и упала плашмя. Плевать на ночной дозор, сегодня она поймала заражённого и может позволить себе сон. А муки совести она отложит на завтра, когда проснется и сможет уже бодро и неустанно корить себя за то, что так безответственно относится к заданию.

Утро наступило поздно, Ингвильд с трудом продрала глаза и приподняла голову, подслеповато щурясь: солнце стояло высоко. На языке вертелась лишь одна брань.