Пять причин убить тебя

- сдавленно выдавил вождь, уже не пытаясь улыбаться.

Ингвильд положила перед ним несколько листов и перевела выжидающий взгляд на мужчину.

- Это меры, которые вы должны принять, пока я нахожусь на вашем острове. - она припечатала поверх этого ещё один лист, - Второй список выполните за неделю, все должно быть готово, когда прибудет мой напарник.

Варлану стоило труда не закатить глаза, вроде Чистильщики, а такие нежные - особые условия им подавай! Требованиям потакай!

И пусть госпожа Чистильщик не просила ничего сверхъестественного или затратного, факт существования этой просьбы раздражал.

- Хорошо, мы все сделаем. - согласился вождь, бегло читая требования Чистильщика.

- К завтрашнему утру мне нужен перечень всех драконов, проживающих на Саркте. Временно, в гостях, всего на денек и заблудившихся тоже. Если хоть одного упустите, отвечать за это вам. Любого, не указанного в списке, по уставу я обязана убить на месте. Вы меня понимаете? - и многозначительно посмотрела на дракона, мол, простым кровопролитием за ложь и халатность вы не отделаетесь.

- Конечно. - кивнул Варлан, скрепя сердце. Вот что-что, а топтались по драконовой гордости Чистильщики всегда хорошо.

И как хватает смелости этой зеленой прошмандовке ему условия ставить? Небось она пиявкой прицепилась к своему напарнику Чистильщику, а сама ничего и не умеет и оружие для красоты носит.

Варлан не удивится, если окажется, что второй Чистильщик - сожитель этой сопли.

- На этот месяц необходимо ввести комендантский час и запретить полеты после заката.

Зелье, которое она приняла утром, будет действовать ещё двое суток и за это время необходимо расправиться с самыми большими опасностями и избавиться от зараженных Арамар.

Те, у кого болезнь уже в активной стадии, не смогут усидеть спокойно ночью.

И Ингвильд в своей игре со смертью делала ставку на слабости зараженных Арамар.

- Госпожа Чистильщик, извините, не знаю вашего имени, но это невозможно. Вы же дракон, и сами понимаете. Душа рвется в небо, а крылья будет нестерпимо ломить, если не летать хотя бы раз в три дня. Мои сородичи работают с рассвета до заката и могут расправить крылья лишь вечером, окончив все дела. Я не могу ущемить свой народ ради вашей прихоти.