Хозяин Колдовского Двора

Они окончательно разлетелись вдребезги, когда Кайла приблизилась к своему кабинету. Сквозь настежь распахнутую дверь доносился чей-то громкий голос.

— А, лекарь! — его обладательница обернулась к Кайле, заслышав ее шаги. — Я уже устала пререкаться с твоей глупой помощницей. Будь вместо нее умницей и дай мне лекарство.

Сашта говорила отрывисто и резко, ее дыхание было сбито и вовсе не потому, что ее одолевал сильный гнев. Сестра Эсанжа выглядела как человек, которого уже пару дней мучает сильная лихорадка.

Кайла перевела взгляд на бледную Кадму, такой натиск помощнице сдерживать было нелегко. Лекарь прошла мимо разбушевавшейся особы и встала рядом со своей помощницей.

— Она хочет опиумное обезболивающее, — выпалила та испуганно.

— Если вас беспокоит настолько сильная боль, то мне следует вас осмотреть, — спокойно произнесла Кайла. Гнев Сашты ее не тревожил, с этой девицей она справится без всяких усилий. В ней и половины той силы нет, что чувствуется в ее брате.

— Братца моего осматривай, — прошипела Сашта, сжимая руки в кулаки, — хоть сверху донизу. А мне дай лекарство!

— Я не дам вам наркотик, — ответила Кайла с намеренным хладнокровием. Ленивым движением она поправила манжеты рукавов своего халата. Такие действия раздражают разгневанного человека еще больше. А если Сашта сорвется, то после пика эмоции непременно пойдут на спад.

— Вот же зараза! — у девушки нервно дернулась правая щека, отчего ее лицо исказилось и приобрело зловещее выражение. — Дай. Мне. Лекарство.

Кадма испуганно ойкнула, когда поняла, что пациентка приближается к ним с самыми дурными намерениями. Кайла не сдвинулась с места. Сашта плохо контролировала свое тело и запнулась о собственную ногу. Лекарь вовремя подставила руки, чтобы девушка не упала.

— Вам совсем дурно, — проговорила Кайла, глядя на страдания, отразившиеся в глазах девушки.

— Больно, — вдруг всхлипнула она, словно ребенок, — не пойму, почему так больно.

— Успокойтесь, я помогу вам, — тихим успокаивающим голосом произнесла лекарь.

Сашта напоминала собой ту, что нуждалась не в помощи, а в немедленном спасении. Что так сильно терзало несчастную, для Кайлы оставалось неясным.