Хозяин Колдовского Двора

Мое сердце старше меня на двадцать четыре года и принадлежало лекарю, которому проломили голову в бессмысленной и безжалостной уличной драке. Он не смог пройти мимо и решил разнять неизвестных ему людей, потому что видел, как они калечат друг друга, а они даже не заметили как отняли у него жизнь. Эту жизнь я решила продолжить.

Скорее волю. Кайла была уверена, что шепоток на самом краю сознания это не выдумка и не бред. Это эхо души того самого человека, который отдал свою жизнь, чтобы спасти ее. Она не смела его предать.

— Я рассказала вам это, чтобы вы отчетливо понимали — я не отступаю и не сдаюсь, я буду сохранять вашу и другие жизни до последней капли силы, — с внезапным раздражением добавила лекарь. Теперь произнесенные слова показались ей слишком личными, слишком похожими на исповедь. Она не доказала твердость своих намерений, а внезапно распахнула душу.

— Ваша история многое объясняет, — Эсанж плавно поднялся со своего места, всего лишь одно неуловимое, по-змеиному стремительное движение позволило ему оказаться рядом, — и сдает вас с потрохами.

— А я и не строю из себя тайну за семью печатями, — произнесла Кайла с определенной гордостью.

Эсанж с пониманием покачал головой.

— Но даже в ответ на ваш секрет, я не раскрою свой.

Он решил упрямиться до конца. Нельзя так просто сдаваться, даже если у этой особы при ближайшем рассмотрении обнаруживается россыпь забавных веснушек на носу.

— А я и не прошу. Но совестно вам за свое поведение точно будет, даже при присущем вам нахальстве, — заключила лекарь.

Выражение лица у Хозяина Двора тут же сделалось кислым.

— Я исправлюсь.

Кайла, почувствовав себя победительницей в маленькой словесной дуэли, вернула свое внимание основной цели своего прихода сюда и с довольным видом принялась размешивать лекарские порошки в стеклянном стакане.

Эсанж без всякого энтузиазма наблюдал за ее действиями.

— Достаточно безжалостного давления на мою совесть, не старайтесь меня еще и отравить.

— Я собираюсь организовать вам спокойный сон, — поделилась Кайла причиной своих действий. — Вы когда-то сказали, что не спите, и я опрометчиво подумала, что это фигура речи. Но стоило внимательнее к вам прислушаться — и шутка оказалась не смешной.

— Мне не требуется много времени на сон… — его слова не возымели никакого эффекта.

— Вам нужно отдохнуть, — лекарь вернулась к своему безапелляционному тону, прибавив к нему тяжелый взгляд, сделавший ее похожей на акулу.