Хозяин Колдовского Двора

Разъяренный гость не сдерживал себя ни в речах, ни в манерах, ни в способах выражаться.

— Я прошу вас успокоиться, — встречающая пыталась привести в чувство разбушевавшегося посетителя.

— Слушай меня сюда, кюрха, — яд сочился буквально из каждого слова неприятного типа. — Я тебе еще раз повторяю, отыщи мне в вашем клоповнике стоящие апартаменты. Ютиться в конуре, что ты мне подобрала, я не намерен, я тебе не пес…

Огромный, высокий, похожий на медведя (вполне возможно медведем и был) гость сверкал темными глазами и ревел зверем уже несколько минут, не желая слушать никого и ничего.

Анна тихо радовалась тому, что разделявшая их стойка была высока, широка и прочна. Не будь этого барьера, оборотень, должно быть, давно уже протянул к девушке свои лапищи и душу бы вытряс.

Взгляд юной встречающей метался из стороны в сторону, но помощи она не находила. Анна знала, что справляться с патовыми ситуациями обязана самостоятельно, но ей очень хотелось отыскать для себя поддержку. Алдом должен быть где-то рядом, не может быть, чтобы он не знал, что здесь творится, если он не услышал сам этого шума, ему уже доложили.

Но раз он не торопится, значит, не считает нужным спасать свою соратницу.

Вот же…

Беда, что в холле были и другие гости. Одни с интересом наблюдали со стороны за отвратительным концертом, другие перешептывались, хмурились или спешно уходили. Любителей скандалов не так-то и много, кто-то из гостей после такого представления может пожелать покинуть Двор. Хуже не придумаешь.

Анна одно за другим получала личные письма от смотрителя первого этажа.

Его сообщения появлялись перед ней на скрытом в стойке магическом экране, невидимом для посетителей по другую сторону. Марун сначала обходился вежливыми просьбами скорее разобраться с шумным гостем, но теперь уже и его терпение подходило к концу. Первый этаж Двора не ограничивался одним лишь холлом, из него можно было попасть в ресторацию, а также в крытую оранжерею. Туда доносились дикие крики этого ненормального, что, конечно же, не нравилось гостям. Шум портил им весь отдых.

Анна дрожащей рукой закрывала сообщения, стараясь не думать о том, что с каждой минутой ситуация накаляется. Марун отличается особой щепетильностью, как старший смотритель, и на вверенных ему владениях не выносит никакого бардака. Не его забота разбираться с гостями, но он вмешается, если наступит предел его терпению. Тогда Анна точно окажется в худшем положении. Алдом не простит своей коллеге помощь со стороны.