Тайна двух лун

Гребцы гребли что было мочи, чтобы быстрее покинуть проклятое кувшинковое поле.

Аламеда продолжала метать свой жалящий кинжал в выскакивающие то здесь, то там бутоны и вдруг заметила, что один несётся прямо на Лони, который в это время целился из лука в противоположную сторону. И вместо того, чтобы запустить Травник в метнувшийся на неё цветок, она бросила его в тот, что атаковал мальчишку. Бутон рухнул в лодку, но в ту же секунду с другой стороны длинные щупальца стянули её плечи тугими ремнями и одним рывком сбросили за борт.

Нос и уши заполнило водой, голова утонула в мягких лепестках, в центре которых Аламеда различила зубастую пасть. Кругом была вода, и десятки длинных жёлтых хвостов тянулись из глубины к поверхности. Аламеда пыталась вырваться, но хватка чудовища оказалась воистину железной. Девушка была безоружна. Травник не успел вернуться хозяйке в руку и, наверняка, упал где-то в лодке. Длинный шнур неумолимо утягивал её всё глубже, но рядом внезапно бултыхнулось что-то ещё. Вдруг прямо возле её уха мелькнула металлическая искра, и в тот же миг крепкие тиски отпустило, а вместо них сильные руки обняли её и потащили наверх.

Она вынырнула, хватая ртом воздух, а державший её Арэнк уже всаживал Большую Иглу в нападающую на них пасть.

- Аламеда, лови! - прокричала Нита с замедлившей ход лодки и кинула ей Травник. Аламеда поймала его вытянутой рукой и туж же вколола клинок в летящий к ней алый бутон.

Старый Яс, прикрываемый соплеменниками, скинул Аламеде и Арэнку привязанный на верёвке тростниковый плот и, едва те взобрались, принялся одной рукой подтягивать их к лодке, краснея и тужась от чрезмерных для него усилий.

Остались позади цветы-чудовища, улеглись волны, поднявшиеся от быстрого хода лодки. Аламеда и Арэнк без сил повалились на плот, боясь выпустить из рук свои кинжалы.

- Спасибо, что нырнул за мной, - выдохнула Аламеда, откинувшись на спину, чтобы отдышаться и унять биение сердца. - Тебе не стоило так рисковать из-за меня, ты нужен племени.

- Стоило, - сказал он, лёжа рядом, и повернул к ней голову. Зелёные крапинки во взгляде манили за собой.

Следом Аламеда почувствовала, как раскрытой ладони коснулись его пальцы, будто сотни бабочек пролетели, задевая крыльями внутреннюю поверхность её руки.