1. Анастасия. Дело для нежной барышни (псевдоним: Тата Орлова)

К сожалению, память подводила, хоть я раньше на нее и никогда не жаловалась.

- Я – дипломат, - уклончиво ответил он. Поднялся на ступеньку выше: - Вы ведь слышали наш разговор? – На меня он не посмотрел.

- Разговор? – сделала я вид, что не понимаю, о чем именно он спросил. 

Теперь уже князь обернулся ко мне, на губах застыла ироничная улыбка:

- Елизавета Николаевна была слишком взволнована, чтобы заметить край вашего платья, я – нет.

- Вы точно уверены, что вы - дипломат? – не собираясь признаваться в содеянном, поинтересовалась я.

Мой вопрос он проигнорировал:

- Они считают, что вы – дочь князя Леонида, - без малейшего напряжения произнес он. Протянул мне руку, предлагая на нее опереться, я от поддержки не отказалась, от такого известия ноги мгновенно ослабели.

- Но ведь это не так?! – позволив Даниилу вести меня за собой, спросила я. – Вы сказали матушке...

- Я должен был ее успокоить, - добавил он мне нервозности. – Но- да, я практически уверен, что это не так.

- Практически… - выдохнула я, чувствуя, как бешено бьется сердце.

Князь Леонид был старшим сыном императора Владислава и будущим правителем Ровелина. Чуть меньше года тому назад неудачное падение с лошади лишило его не только права называться наследником – физическая немощь была одним из критериев, ограничивающих право на власть, но и нормальной жизни. Теперь он просто существовал, не осознавая ничего из того, что происходило вокруг.

Его жена умерла при родах их первенца. Среди магов такое пусть и редко, но все-таки встречалось.

Следующим в списке на императорский трон значился князь Ринат...

- Подождите! – я снова остановилась, только теперь заметив, что мы успели подняться на второй этаж. – Но ведь у князя Леонида...

- У него есть дочь вашего возраста. Незаконнорожденная, - довольно спокойно подтвердил Северов, словно речь не шла о государственной тайне. – Император Владислав приказал мне найти ее и вернуть в семью.

- Она не может стать императрицей… - начала я, не сводя глаз с князя.

- Не может, - подтвердил он, - но в ней течет кровь императоров Ровелина. 

- И в случае отдельного решения Владислава, ее дети могут стать претендентами, - продолжила я, вспоминая правила наследования, принятые в северной империи. 

При всей их сложности и запутанности, главным было то, что последнее слово принадлежало действующему правителю. 

- Но ведь...

- Я сказал больше, чем мог, - оборвал меня князь.