1. Анастасия. Дело для нежной барышни (псевдоним: Тата Орлова)

- Тебе стоит сказать все сейчас, пока она не продолжила, - едва ли не смеясь, потребовала матушка у Соула, не дав мне закончить развлечение.

Я огорченно вздохнула, но была вынуждена оставить в покое князя и повернуться к главе департамента:

- И?! – требовательно протянула я, глядя на Соула. 

Тот улыбнулся одними глазами, а мне вдруг стало одновременно радостно и… больно. Мы с матушкой всегда были вдвоем, а ведь вот это… трепетное счастье, которое я видела в глазах и Фариха, и Елизаветы Николаевны, могло засиять в них раньше.

Не засияло! И пусть причиной был не мой эгоизм, а ее чувство ответственности передо мной, я все равно чувствовала себя виноватой.

Прошлого было не изменить, но вот настоящее и будущее... 

Фарих поднялся, обвел нас взглядом – я чуть склонила голову, давая ему свое благословение, и заговорил:

- Дамы и господа...

Я протяжно вздохнула, скептически приподняв бровь.

Соул мгновенно исправился:

- Друзья... - В его голосе послышались мягкие нотки.

Вот что делает с мужчинами любовь!

- Нет! – подскочила я негодующе.

Матушка закрыла лицо руками, ее плечи вздрогнули от смеха.

- Может, я все-таки сам? – обреченно уточнил у меня Соул.

- Сам – в департаменте, - категорично заявила я, стараясь не смотреть на Маркони, который разглядывал меня, словно прикидывая, как еще можно использовать мои таланты. – Итак, - продолжила я строго, - я должна предупредить вас, что отказ от сказанного в присутствии свидетелей будет трактоваться, как попытка ввести следствие в заблуждение и наказываться в соответствии с законами, действующими на территории империи Аркар.

- Да! – коротко, но четко ответил Фарих. 

Елизавета Николаевна убрала руки от лица, укоризненно качнула головой... Я бы поверила, но сдержать довольную улыбку ей не удавалось.

Князь, за все это время не произнесший больше не слова, многозначительно хмыкнул и вальяжно откинулся на спинку стула.

Кто был совершенно невозмутим, так две девушки, которые прислуживали за столом.

Я вышла из-за стола, прошлась по гостиной, задумчиво глядя в пол. Затем резко подняла голову и спросила:

- Как вы относитесь к женщине, которая сидит рядом с вами?

Матушка прыснула в кулачок, Матильда довольно кивнула, мол, так и продолжай. Маркони тоже выглядел удовлетворенным данным развитием событий.