Империя драконов 2. Чародейка смерти

— Э-э-э… — Я от услышанного эту самую пуговицу напрочь оторвала. — Шутишь?

Светлая вскинула голову, нахмурилась, перестав заливаться румянцем, как девица на выданье.

— Тебе должна темная ведьма, — с подчеркнутой значимостью начала я. — Для нас это дело чести.

И потому я ненавижу быть в долгу.

— А ты просишь у меня всего лишь возможность поглазеть на мужика? — выпала я в осадок.

— Куратор Митиан не просто какой-то мужик! — негодующе возразила эльфийка и показательным недовольным жестом сложила руки на груди.

— О, ты права! Мое упущение.

Поглазеть на императорской крови мужика, — исправилась я.

Хотя сути дела это не меняло.

— Да ты просто ничего не понимаешь! Куратор — волшебный мужчина. Благородный, добрый, невероятно притягательный, а как он с мечом управляется, мм-м. Загляденье! — И с придыханием добавила: — Капельки пота, стекающие по его мускулистой спине, и…

— Прекрати, пока я тебя в жертву Проклятым богам не принесла! — прервала я поток пускания слюней.

— В общем, мое желание ты услышала.

— Ты же понимаешь, что это тренировка, а не свидание?

— А в чем разница? — отмахнулась Тири. — Мы будем наедине, и считай свой долг выплаченным.

— Прекрасно! Но за последствия я не отвечаю.

Покуда Тири с радостным визгом «Это будет незабываемо!» уплыла в радужную степь фантазий, я взяла чистую одежду и отправилась в ванную.

В столовой пришлось слушать все о том же распрекрасном Нилмэйне в исполнении не только Тири, но и двух адепток-первокурсниц, к нам подсевших. Хотелось удавиться салатом, ибо под щебетание этой троицы о великолепных частях тела Митиана-старшего невозможно было есть!

Интересно, а если бы я сказала, что стала свидетельницей того, как их обожаемый объект слюнопусканий нежился в горячем источнике, как бы эти юные дарования отреагировали?

Представила эльфийку, магичку и ведьму в конечной степени гнева, бешенства, злобы и жажды убийства.

Решила вернуться к салату и дальше молча давиться.

После завтрака Тири в самом лучшем расположении духа направилась к профессору Амису, а я — на тренировочное поле.

И как выяснилось, не только я решила начать бегать по утрам. Девушки из моей группы — взмокшие, раскрасневшиеся и уставшие — подпирали забор, восстанавливая дыхание. И только Лина с Виолией все еще пытались угнаться за парнями.

— Не хватает… хух… только… хух… Анами, — сбивчиво проговорила Лина, пробегая мимо.

— Великие мыслят одинаково, — подмигнула мне Виолия.

В отличие от подруги, у темной даже дыхание не сбилось.