Фортуния любит отчаянных

Что ж, Гаррисон, ты лезешь в ловушку еще быстрее, чем я рассчитывала.

— Офицеры в сборе, Ваше Высочество.

— Благодарю вас. Господа, у нас с полковником вышел спор о будущем Ангории, и мы решили привлечь вас к его разрешению. Возможно, по итогам этого спора расклад на карте переменится.

Я видела, что Гаррисон ни на зернышко мне не поверил. Легкая самоуверенная улыбка показывала, что куда бы я ни свернула, он уверен, что сможет меня переиграть. Признаемся честно, у него есть все основания так думать.

Я могу замахнуться только один раз и один раз точно ударить. Другого шанса мне не дадут.

Офицеры заинтересовались. Им хотелось повоевать — Гаррисон подбирал полк под себя — но не со своей же армией. Они обошлись бы без боя под Белым дворцом. Проницательности Гаррисона у них еще не было.

Я пристально посмотрела на Лентса. Ну же! Стрикс! Ну!

— Ваше Высочество, — удивился тот, оставив бокал.

— Могу, — ответила я. — И вы его выполните, не правда ли?

— Да, Ваше Высочество. Безусловно.

Молодец. Не знает моих планов, но интуитивно делает верные шаги. Я понимала, что полковники и генералы выполняют мои распоряжения только потому, что считают их разумными. По глазам я видела, что на деле Лентс готов послать меня к стриксу с приказом подчиниться Эгберту, но сейчас он ответил то, чего я ожидала.

Офицеры смотрели на нас с надеждой. Нет, воевать с людьми в таких же мундирах им не хотелось совсем. Вот с эдачийцами или галнийцами — другое дело. Сейчас, сейчас, еще немножко, и надежда на мирное разрешение противостояния пустит свои ростки, а дальше капитанам и майорам захочется достигнуть согласия любой ценой.

Гаррисон сделал то, к чему я его подводила. Желая склонить меня на свою сторону, он кинул мне крошку лести. Отсалютовав бокалом, добрым отеческим голосом полковник произнес:

— Если бы не странная воля природы, вы могли бы дослужиться до полковника, Ваше Высочество, а возможно, и до генерала.

— Будем считать меня временно исполняющим обязанности генерала, — я подняла бокал. — За честь Ангории и процветание королевства, полковник.

— Полагаю, пришло время выяснить у моих, — с нажимом произнес он, — офицеров, как они понимают честь Ангории и процветание нашего королевства.