Фортуния любит отчаянных

— Трис, это не игры. Я понимаю, что для всех было бы лучше остановить Эгберта сейчас, но быть "знаменем" и правда опасно. К вам подошлют убийц, вы будете на виду, вас попытаются похитить, вы можете погибнуть в бою, в конце концов!

— Но это единственная надежда решить все сейчас, пока мой старший братец не укрепился и не натворил глупостей, не так ли? Мы едем к войскам.

— Трис...

— Я пока еще принцесса и могу приказывать на своей земле, — начала я и осеклась. Боюсь, здесь приказывать не получится.

— Я могу попробовать, — усмехнулся тот.

— Укушу, — хихикнула я.

— М-м... Обещаете?

— Вам не понравится!

— Как знать, как знать.

Волосы Горгоны мне в глотку! А ведь он заинтересовал меня еще год назад. Где-то внутри промелькнула мысль, что я дразню мужчину, с которым стою в одиночестве у сатиров на рогах. Промелькнула, но быстро потухла.

— Эрик, как вы думаете, что будет, если Эгберту удастся захватить Альфреда и других важных персон?

— Я сомневаюсь, что их казнят...

— Нет же! — Я нетерпеливо тряхнула головой. — Что будет с Ангорией?

— Хм... Эгберт, конечно, не видится мне умным правителем...

— В лучшем случае будет внутренняя война, где сцепятся все со всеми: верные Эгберту, противостоящие Эгберту, кто-нибудь из графов попытается объявить независимость, и страна захлебнется кровавым хаосом.

— Это в лучшем?

— Да. Потому что через месяц-другой Галния нападет на раздираемую войной Ангорию, Эдачия придет на помощь как союзник, а на деле — чтобы побить Галнию на чужой земле, а учитывая ваше превосходство в оружии и в магии у Эдачии есть шансы победить. Мы потеряем, — я задумалась, прикидывая, — около четверти населения и откатимся назад, оставшись разоренной страной по крайней мере на два десятилетия. Но мы останемся Ангорией, может быть, под протекторатом Эдачии.

— А когда обе страны увязнут в войне и хорошенько потрепят друг друга, Галния попытается захватить весь остров, — продолжил Эрик.

— И в этом случае у них будут все шансы. Скорее всего, Ангория потеряет около трети населения и останется под Галнией. Вероятно, то же ждет и Эдачию. — Я твердо посмотрела ему в глаза.