Фортуния любит отчаянных

Но как их туда заманить?

— Какие артефакты у вас с собой? Назовите все, даже бесполезные.

— Для света, пара лекарских, показатель ядов, огневик... И если вам нужны бесполезные — две хлопушки.

— Напротив, это единственное, что нам нужно.

Мы дошли до Грязного озера, когда я снова начала выдыхаться. Тропинка вела к его краю, обходила вокруг и терялась среди камней.

Я полезла в рюкзак и достала черную шелковую сорочку. Надеюсь, кинжал, который у меня за поясом, достаточно острый.

Страх отступил. Я будто играла в спектакле и одновременно решала задачу, как наказать очередного зарвавшегося придворного.

Не торопясь, я откромсала от сорочки достаточно, чтобы сделать ленту и натянуть в шаге от провала с той стороны, откуда явятся наемники.

Пока я привязывала полосу ткани на камни, Дженкинс укрепил хлопушки.

Мы обошли провал по краю на противоположную сторону. Я разулась, чтоб не упустить обувь в провал, и обвязалась веревкой, той самой, по которой спускалась с башни. Дженкинс проверил длину — да, вполне хватит, чтоб ему спрятаться среди камней, а мне зависнуть над грязью.

Он взял второй конец и скрылся за выступом скалы. Когда вернулся, прошетал: "Привязал, все готово". Мы выждали еще немного и решили, что пора.

Стравливая веревку Дженкинс опустил меня вниз. Висеть было неудобно, веревка больно впилась подмышками, но опереться ногами было не на что.

С той стороны, откуда мы пришли, послышались шорохи. Дважды прострекотал сверчок — сигнал Дженкинса, и я заверещала:

— Помогите! Кто-нибудь! А-а-а! Я провалилась!

Над краем провала показались четыре головы.

Ближе, ближе!

— А-а-а! — издала я новый вопль.

Умнички мои, еще шажок. Наемники остановились, сдвинулись друг к другу — решили посовещаться, ближний с чертыханием споткнулся о ленту из сорочки и стал заваливаться в провал.

Бам! Бам! Хлопушки сработали со стороны тропы, наемники шарахнулись в противоположную сторону и полетели вслед за товарищем.

Они даже попытались встать на ноги и добраться до меня, пока Дженкинс выскакивал из засады, чтоб потянуть за веревку, но потерпели неудачу — бежать, когда грязи по колено, очень неудобно.

Самый прыткий успел ухватить меня за кончик левой ступни, я тряхнула ногой, и он вернулся в грязь вместе с моим любимым коротким чулком. Вот же... нехороший человек!

Пока я искала в мешке чулок и обувалась, Дженкинс сматывал веревку, а снизу поминали химерову маму, горгонью бабушку и всех родственников Минозавра.

— Эй! — крикнул вниз Дженкинс.