Фортуния любит отчаянных

Если занимаются этой каллиграфией не только секретари, но и советники с фрейлинами, которые хорошо помнят и про лягушек, и про выпущенные ночью жужжалки, и сонный порошок, поэтому вовсю стараются, чтобы это порождение Стикса, эта заноза в седалище, эта несносная особа, в общем, чтоб Ее Высочество покинула дворец поскорее...

Если гостей всего две сотни, а остальные пусть дуются, сколько хотят...

Если принцесса пустила слух, что на всякую даму, которая станет жаловаться, что не успела пошить к свадьбе при Дворе новое платье, Ее Высочество лично нашлет чесотку.

...то — да, можно и в три дня.

У назначенного мной срока было еще одно большое преимущество: мне некогда было падать в обмороки и окунаться в нервический мандраж.

На второй день Клотильда попросила у нас с Эриком аудиенции.

— Милорд, миледи, могу я воспользоваться вашим приглашением как только это станет возможным?

Мы переглянулись. Эрик ответил:

— Разумеется. Правильно ли я понимаю, что ваше пребывание на архипелаге может затянуться на неопределенный срок?

Клотильда благодарно улыбнулась.

Она верно рассудила, что несмотря на то, что официально ее семья пострадала от заговорщиков-магов, заставить змеючник под названием Двор Ангории относиться к ней доброжелательно невозможно, а растить детей в провинции значило остаться без защиты, но под постоянным подозрением и возможностью быть втянутой в закулисные игры. В колониях Эдачии члены дружественной монаршей семьи будут дорогими гостями. Может быть, на островах, среди разного рода искателей новой жизни какой-нибудь эдачиец составит ее счастье.

На третий день я пошла прощаться в казармы, позвав с собой Эрика. Никто из фрейлин не посмел за нами увязаться. Эрик нес две бутыли вина из моих запасов.

Мой жених пожал руку Прастону и выслушал от него тихое наставление беречь меня, а не то сержант найдет его за переправой через Стикс, не то, что на островах. Ничуть не удивляясь Эрик кивнул.

Когда разлили вино в солдатские кружки, вошел дежурный и доложил сержанту, что его дочь требует пропустить ее внутрь.

— Ваше Высочество, — обратился он ко мне. — Может, хоть вы скажете Гвендален, что рано еще ей в охранницы, а уж тем более ехать так далеко. Это младшая моя. Как сестры во дворец устроились, не дает мне покоя. Я ее, конечно, учил, как и остальных, но ей всего шестнадцать. А теперь и вовсе грозит на архипелаг за вами сбежать.

Вскоре к нашему застолью присоединилась бойкая и непоседливая девочка.