Фортуния любит отчаянных

Во время променада по зимнему саду я видела азарт загонщика в его глазах: догнать, превозмочь, покорить. Если не покоряется — сломать. Может быть, изобрази я кротость, я не была бы ему столь интересна? Но как бы я себя не вела, Альфред все очевидно отдал ему предпочтение. И о моем характере генерал разведки должен быть наслышан. Уверена, у разведки Эндачии лежат доклады о принцессе начиная с моего рождения.

Что ж, без сомнения, во дворце найдется достаточно златолюбивый молодой человек, который согласится принять задуманную мной роль за такую сумму, что ему не заработать и за десять лет.

Но кто бы мог продать их и обернуть в приличную сумму? Ни Агни, ни Дагни мне здесь не помогут. Эти серьги слишком дорогие для обыкновенной горожанки. Клотильда не выходит из дворца без сопровождения, а продажа принцессой украшений сразу же станет известна брату.

Я перебирала всех тех, кто за последние месяцы показал ко мне которое расположение, пока не добралась до одного имени. Ну конечно же! Кто согласится сыграть против генерала разведки, как не его противник? Полковник Лентс эти дни жил во дворце и маялся головной болью от необходимости обеспечить безопасность гостей, монаршей семьи, монаршей семьи от гостей и... надеюсь, он не станет чересчур стараться спасти гостей от монаршей семьи, верней, от одного ее члена.

Когда полковник подошел к моим покоям, леди Ретум оторвалась от стаи фрейлин и увязалась за ним в мой кабинет.

— Леди Ретум, я вас не приглашала, — приподняла я бровь.

— Ваше Высочество, вы не можете оставаться наедине с мужчиной, который не является вашим близким родственником.

— С нами будет моя камеристка Дагни.

— Присутствовать должна благородная леди или особа, облеченная доверием!

— Моя камеристка достаточно облечена доверием.

— Ваше Высочество, она всего-лишь прислуга.

— Вон, — негромко рыкнул полковник, и леди Ретум вынесло из кабинета. Я услышала голос Агни, которая настойчиво провожает ее к дверям. — А теперь расскажите мне, Ваше Высочество, за что я только что нажил себе врага.

— Полковник, неужели вы боитесь нажить врагов среди придворных? Мне кажется, это придворные должны опасаться заиметь врага в вашем лице.