Что ты несёшь с собой - часть I

В темноте не видно, друг перед тобой, враг или демон, накинувший смутную человекоподобную личину, и ночным стражам вовсе ни к чему тратить время на разбирательства. Пока он присматривается и переспрашивает, могут и сожрать.

Дома я регулярно сама дежурила по ночам, так что знала эту работу не понаслышке. И у нас, и у всех других махарьятов, о которых я хоть что-то слышала, в ходу были особые свистки. Дежурные, обходя резиденцию клана, через равные промежутки в них свистели, а если замечали вдалеке другого дежурного, пересвистывались с ним, чтобы убедиться, что это не кто-то посторонний.

Свистки издавали звук, недоступный человеческому уху без специального заговора, так что он не мешал спать остальным обитателям резиденции.

Я на скорую руку сплела заговор, облачилась в тёмные штаны, узкие от колена вниз, короткую тунику и плотный тёмный нэр, повесила свисток на шею и завязала волосы в пучок, а потом замотала голову тонким чонгом, оставив открытыми только глаза. Конечно, я надеялась никому не попасться, но предосторожность лишней не будет.

Потушив свет, я прокралась вниз по лестнице, стараясь идти побыстрее. Я заметила, что чем медленнее я спускаюсь мимо второго уровня, тем сильнее лестница меня подгоняет, а лететь носом вниз совершенно не хотелось. На улице уже совсем стемнело, но в окружающих древодомах светились все окна — обитатели занимались своими тихими вечерними делами. Лучшее время для посещения амарда. Отойдя на пару десятков шагов, я оглянулась. Балкон Вачиравита темнел, как мрачное дупло.

Неужели уже спать лёг? Или валяется там в хандре? Я не могла припомнить, горел ли свет в его окнах раньше вечером или вчера. Может, он и вовсе переехал в другой дом от меня подальше?

Я шмыгнула в кусты и пошла вдоль одной из боковых аллей, держась подальше от гравия. Ходить по нему бесшумно — сверхспособность, которой я не обладаю, а на белом фоне даже в темноте человек заметнее, огоньки же на древодомах хоть тускленько, но горели. Конечно, вдоль аллеи торчали эти жутковатые статуи, но я — бывалая махарьятта и способна достигать своих целей, даже если меня что-то пугает.

Поэтому я стиснула зубы и пошла за их спинами, держа ухо востро. Не знаю уж, моя бдительность отвратила зло, или они на самом деле были безобидными, но ничего так и не случилось.

Теперь, когда у меня между бровей больше не был наклеен дурацкий камень, можно было свободно пользоваться третьим глазом. Третий глаз на самом деле никакой не глаз.