Куда выбрасывает беглянок, или посторонись — барсуки летят!

На стадионе меня знобило и неустанно клонило в сон. Вечерний ветер срывал с волос ледяные капли, а по всему телу бегал неровный строй мурашек. Не сумев привести меня в чувства классическим способом, друзья возложили сию непростую миссию на мощь общажного душа.

Трудно описать весь спектр эмоций, который я до сих пор испытываю после подобного пробуждения. И все же я им благодарна. Митр Фью, как он позволил себя называть, наш новый наставник и декан факультета Ассасинов, в данный момент проводил презентацию предстоящих межакадемических соревнований.

Он – третий наг, встреченный мной, – и все же я могу сказать, что он обладал всеми стандартными качествами наг: высокий, статный, с длинными волосами, хотя и светлыми, с хищным разрезом глаз, красив. Но все же было в нем что-то, что разительно отличало его от Бали и Нааги.

Бали была идеальна во всем, на то она и Богиня. Тетушка даже не шипела, когда разговаривала.

Моя приёмная мать создавала атмосферу величия, рядом с ней хотелось преклонить колени. Митр Фью вызывал другие порывы, а именно: спрятаться в самый дальний угол. Его мягкий взгляд и добрая улыбка могли бы обмануть многих, но я костями чувствовала, что, стоит отвернуться, как эта самая улыбка может стать последней, увиденной в жизни.

«Несомненно, опасен!» – моя интуиция сейчас от ужаса потеряла голос и билась в истерических конвульсиях.

– Адептка! Адептка Мас-с-слова!

– Эй, псс-псс, – мой бок ощутил легкий толчок чьего-то локтя. Мои размышления прервали, и я, очнувшись, тут же посмотрела в сторону Махи, который подмигивал и кривлялся.

– Э? Не поняла?

– Митресса С-с-софия, мы вас-с-с побес-с-спокоили?

– А? Нет, все в порядке, продолжайте.

– Благодарю, – улыбка расцвела на лице нага. Голос его был нежен и нетороплив. А глаза, как два малахита, гипнотизировали, обволакивая разум.

Я готова была откусить себе язык! Как же я могла ляпнуть, не подумав, нечто столь непозволительное!.. «У-у-у... Мне конец!»

– Извините! Митр Фью, мне жаль! Простите!

Моя попытка извиниться выглядела жалко. Профессор взмахнул смоленым хвостом и направил его кончик с серебряной насадкой в мою сторону. Я еле успела призвать секиру. Мое оружие заблокировало атаку, но сила удара отбросила мои пятьдесят килограммов на десяток метров от точки нашего столкновения.