Жена напоказ

Если у месье де Ламьера появятся к вам вопросы, он обязательно их задаст.

Мариэтта тихонько вздохнула, словно рассерженный ёж, но всё же не стала возражать. Здесь она не в своём будуаре, в конце-то концов.

Первым по невысокой лестнице спустился Лабьет и тут же принялся шариться кругом, обнюхивая всё, что попадалось ему на пути. Ренельд огляделся тоже: на полу осколки разбитой бутыли, бордовое пятно впитавшегося в доски вина. Канделябр под столом, вокруг него свечи. И повсюду обугленные щепки двери, от которой остались только петли и кольцо с куском дерева, что валялось ещё в коридоре.

Похоже, разнесло её ударом просто невероятной силы. И вряд ли это было последствием самоуничтожения ловушки.

А вдовушка ещё хочет казаться магиссой средней руки. Да конечно! Она явно напрашивается на пристрастное считывание ауры. И если взяться за это со всей серьёзностью, то даже её согласие на то не понадобится. Однако полезнее будет для начала попытаться решить этот вопрос с ней наедине.

Ренельд заинтересованно склонился над неровно нацарапанными на полу знаками — похоже, мадам д’Амран и правда успела кое-что рассмотреть в формуле заклинания.

Маловато, но хоть это. Тот же магистр Ливр, мужчина незаурядного ума, всегда хваткий и бодрый, вообще не смог пока ничем помочь. Словно кто-то стёр ему часть памяти. Хотя, казалось бы, сильнейший маг. К тому же при нём был защитный артефакт.

А на том месте, где ловушка ударила по Леоноре, и вовсе почти ничего нельзя было найти. Потому даже три знака из десяти — уже удача.

Ренельд махнул Тиберу, собираясь отдать приказ зафиксировать всё на бумаге, но буквально кожей ощутил проскользнувшую за спиной тень.

Мариэтта прошмыгнула мимо, видно рассчитывая, что её не заметят. Куда только смотрели остальные? Должны же были приглядывать за ней! Ренельд даже не стал показывать, что видел её торопливые перемещения. А вот Лабьет сразу наградил вдовушку угрожающим рыком.

“Она крадёт улики, Рен!”

Ну кто бы сомневался, что Мариэтта пожелает что-нибудь скрыть.

Ренельд не спеша подошёл к застывшим друг напротив друга Лабьету и Мари.

Опустил взгляд: прижатая широкой лапой шинакорна, на полу лежала изящная бархатка, украшенная небольшим каплевидным камнем, который слегка отдавал в сирень.

— Что это?

— Это моё. Я потеряла вчера. Очень дорогая вещь! Вот, хотела поднять, а ваш… пёс едва не цапнул меня! — графиня щедро плеснула в тон праведного возмущения.

Почти идеально! Даже можно было бы поверить, если бы она ещё и пустила слезу.