Жена напоказ

— Это не слишком приятная история. — Ренельд заложил руки за спину, а я невольно отметила, как его грудь и плечи — и без того внушительные — стали ещё шире. — Но раз вам интересно… Я призвал его на практике в Санктуре. Это было одним из заданий для получения высшего балла на экзамене. Затем мне нужно было его…

— Убить? — невольно закончила я, ощутив, как в груди на миг замерло.

— В общем, да. Смысл тот. Но я понял, что он слишком разумен для того, чтобы не понимать, что с ним происходит. Не бездумная тварь, наделённая только двумя инстинктами: убивать и размножаться.

— Он вообще не похож на того, кто способен убивать просто так. — Я посмотрела на Лабьета сверху вниз, поймав себя на том, что держусь за его широкий ошейник из толстой кожи.

И пёс одарил меня таким влюблённым взглядом, что не сразу и поверишь. Разве это возможно? У него даже глаза почти человеческие!

— Вы правы. — Ренельд коротко улыбнулся. Я моргнула, решив, что мне померещилось, и его лицо вновь стало серьёзным. — И между нами протянулась особая связь.

— И вам не дали высший балл…

— Какой там! Меня едва не отчислили. — Герцог покачал головой. — Но, к счастью, нашлись те, кто поддержал и высказался в мою защиту. Потому… Всё замялось. Со временем. Но нам с Лабьетом пришлось немало потрудиться, чтобы доказать, что он и правда не опасен.

— Похоже, вам это прекрасно удалось. Теперь вас трудно представить без вашего питомца.

— Я предпочитаю называть его другом, — поправил меня герцог. — Или напарником.

— Поэтому вы не охотитесь?

— Вы удивительно прозорливы, миледи.

Я не смотрела на Ренельда в этот миг, но ясно ощутила, как его взгляд горячим потоком стёк от моего лица к плечу. Гнев Первородных! Это же надо было уродиться таким…

Я не успела додумать мысль, потому как под моей рукой шинакорн заметно напрягся. Вырвался и побежал чуть впереди, а затем скрылся среди молодых ив, что росли вдоль дорожки.

Ренельд проследил за ним взглядом, сдвинув брови, но мы сделали ещё с десяток-другой шагов, прежде чем я окончательно поняла, что вокруг что-то не так. Кожу словно бы зацепило сотней крошечных крючков, потянуло куда-то в сторону. И вдруг я совершенно точно услышала щелчок. Может, он прозвучал лишь у меня в голове, но на миг перед глазами потемнело. В грудь ударило уже знакомой пекущей волной. Как тогда, в винном погребе.

— Ловушка! — рявкнул Ренельд.