Семь мужей для избранной демоном-драконом

Он выглядел иначе – такой же крупный, но с другими символами. Деревья, выложенная плиткой дорожка исчезли, как и весь парк. Вместо них появился небольшой зал с вытянутыми готическими окнами, из которых лился солнечный свет. В середине находилось круглое углубление, где и стоял менгир.

Дима застыл рядом. Вернее, это был уже не Дима или не совсем он, потому что за его спиной высились те самые черные крылья, которые мне только что привиделись. Загар с кожи мужчины стремительно исчезал, сменяясь нездоровой бледностью, на предплечьях выступили черные татуировки в виде незнакомых символов.

На меня Дима больше не смотрел. С изможденным видом он опустился на высокий стул, наверняка купленный в антикварном магазине или сделанный по средневековым образцам, и обратился к кому-то за моей спиной:

- Это последний раз, когда я выполняю твою работу, Микелор.

Слова прозвучали вроде бы и на русском, но как-то не так. Дело было то ли в акценте, то ли в безжизненной мимике. Не успевая подумать об этом, я развернулась к человеку, которого назвали Микелором.

У входа в зал мялся стройный зеленоглазый парень лет двадцати с густыми рыжими вихрами. Манжеты сшитой на старинный манер белой рубашки выглядывали из-под рукавов темно-красного, оттеняющего медные волосы камзола. Черные штаны были заправлены в высокие сапоги, как у мушкетеров из фильмов.

- Какая красавица в этот раз! – восторженно откликнулся рыжий на том же слегка режущем слух наречии, что и Дима только что. – Конечно заберу!

Комплимент от незнакомца меня не впечатлил, а когда до меня наконец дошло, что не так с их произношением, то и напугал. Они оба с Димой говорили не на русском. И не на английском, хотя чувствовала я себя так, словно попала на пару иняза и слышу незабвенное «Лондон из зе кэпитал оф Грейт Британ». Язык определенно был чужим, но откликался в уме так, как если бы я болтала на нем с детства.

Что за чудеса? Я огляделась еще раз и поморгала для верности, но обстановка средневекового замка и необычные наряды у мужчин никуда не делись.

Ну все. Я съехала с катушек. Или умерла. Впрочем, невелика разница.

Хотя оставалась еще одна возможность. Самая нереалистичная, но я ухватилась за нее, как утопающий – за соломинку. Иначе я бы и правда сошла с ума прямо там.