Семь мужей для избранной демоном-драконом

А начиналось все так многообещающе…

Служанка быстро принесла тряпку и, слава богу, не стала сопротивляться тому, что я вытерла все сама, в гордом одиночестве. Окно я закрыла, чтобы туда не пробрались очередные незваные гости в виде котов, дверь заперла на защелку. Потом снова разделась и залезла в постель, на сей уже с твердыми намерениями валяться до упора. А если точнее, до утра. В этом странном мире дело шло к вечеру, а у нас должна была быть уже глубокая ночь или вообще рассвет. Без часов я не понимала, сколько сейчас времени.

Чувствовала только, что силы постепенно заканчиваются.

Кто-то благоразумный поставил в комнате блюдо со свежими фруктами, поэтому опять звонить в колокольчик не пришлось. Я приглушила голод яблоком, задвинула занавески на балдахине и расслабилась.

Если бы я не устала так сильно, то заснуть бы вряд ли смогла. Слишком много событий в один день, который длился безумно долго, куча новых имен и людей, противоречивые впечатления и растерянность от незнания реалий чужого мира.

Наверное, в итоге это перегрузило мой мозг, потому я задремала в тот же миг, как положила голову на подушку.

Вот тут-то и начались проблемы.

Меня разбудили касания. Мягкие, осторожные, словно кто-то водил по телу перышком или едва дотрагивался подушечками пальцев. Я сначала не поняла, в чем дело. Ворочалась, отмахивалась от несуществующих мух, укутывалась в одеяло, но оно все равно с меня каким-то образом сползало.

Затем ласки стали настойчивее. Я не нашла в спальне ничего похожего на ночную рубашку, поэтому спать легла в одном нижнем белье.

Сквозь беспокойную дремоту я чувствовала, как кто-то касаниями выводит узоры на моем бедре, гладит его и медленно поднимается выше. Настолько выше, что мне стало жарко.

Я облизнула губы. В грезах откуда-то появился обнимающий меня Дамиан. Хотя почему «откуда-то»? Он ничего по-настоящему плохого мне не сделал – не издевался, руки не выкручивал. Наоборот, он был со мной ласковее, чем большинство мужчин, встречавшихся в моей жизни.

И он, черт побери, даже мертвый был красавчиком.

Когда Дамиан во сне со своей ехидной улыбочкой начал медленно расстегивать рубашку, поигрывая мускулами, стало ясно, что полуэротическая фантазия затягивается. Дамиан – сволочь, силой утащившая меня в чужой мир. А я, значит, о его обнаженном торсе буду мечтать? Обойдется!

Я застонала, прогоняя наваждение, но оно никуда не исчезло. Наконец, я перекатилась на другой бок, потянув за собой одеяло.