Цветы цвета неба

Ты даже ни разу не наступила мне на ногу, - с ухмылкой произнес Рион.

- Спасибо за комплимент. Я старалась, а то ведь выросла в деревне. Так когда-то гласила моя легенда, - бесстрастно ответила я.

- Это когда ты сбежала из Теуты и скрывалась? - спросил он.

Я поморщилась.

- Пусть будет побег, но я бы не назвала это так.

- Ты обязательно расскажешь, что же тогда произошло с тобой, - уверенно сказал Рион.

- А то ты не знаешь? - не удержалась от язвительного тона я.

- Знаю, люди из Тайной канцелярии вышли на тебя спустя пару недель после той трагедии.

Хотелось спросить, почему меня тогда никто не тронул, раз они так быстро меня отыскали. Выходит, что толку от того, что я скрывалась, и не было почти.

- А почему именно сейчас тебя это заинтересовало? - спросила я у Риона.

- Я не думаю, что много людей знает о том твоем этапе в жизни. А сейчас, как мне кажется, ты вполне можешь это доверить мне, - тихо прошептал мне на ухо император. - Мы ведь не чужие другу другу.

- Я подумаю, - ответила я.

Он отец моего сына, но до такой степени я ему не могла пока довериться. Не знаю что, но что-то меня останавливало.

Танец-открытие закончился, а на второй меня пригласил… граф Конет!

Долго удивляться я не стала, предпочла насторожиться.

- Вы сегодня, эделия Риндамия, выглядите превосходно, - улыбнулся граф, но взгляд его льдистых глаз не потеплел.

Чтобы он не заметил моего шока от его слов, я быстро ответила:

- Вы, граф, тоже неплохо принарядились.

Конет прищурил глаза. Но опять высказывать по поводу того, что его следует называть “граф Конет” и никак иначе, не стал.

И чего меня опять понесло? Хотя бы пять секунд надо думать, прежде чем отвечать ему. А еще лучше, прикусить язык.

Выглядел граф и правда сегодня хорошо. Белый мундир, брюки чуть более темного оттенка, светло-коричневые сапоги. Лента светло-голубого цвета, повязанная у шеи, оттеняла льдисто-серые глаза этого противного шатена. На этой ленте висел какой-то орден.

- Наверно нужно вас похвалить за то, что вы вполне сносно себя вели при представлении послам, но не буду. Похвалу вы принимать не умеете, - ядовитым тоном сказал Конет.

- Ну почему же, умею. Но только если она искренняя. От всего сердца, так сказать, - я мило улыбнулась.

- Вы считаете, что я не способен на искренность? - зло прошипел Гислирв.