Книга 1. Орден Грифона.

К разочарованию полуэльфа, она оказалась пустой. Бранк же, напротив, сиял, словно получил долгожданный подарок. Он продолжил изучать полость, и вскоре та сдалась. С мелодичным звоном из передней стенки ларца почти под крышкой выдвинулся маленький ящичек. Он тоже оказался пустым, но в нём имелась выемка в форме кольца с камнем.

С минуту они смотрели друг на друга, затем Бранк ткнул пальцем в перстень на руке Ханджера.

- Перстень отца! – воскликнул тот. – Надеюсь, ты прав.

Он снял кольцо и осторожно уложил его в выемку.

С минуту не происходило ничего, затем с лёгким звоном ящичек закрылся, и раздалась величавая музыка. Ханджер узнал песню по первым аккордам. С неё начиналось каждое утро в Фаррентальских Садах. Песнь Пробуждения, сочинённая самим Аэрионом.

Крышка ларца откинулась, и он не сдержал изумлённого возгласа, увидев, что таилось внутри.

Она была прелестна, совершенная трёхдюймовая копия девушки с заострёнными ушками и прозрачными стрекозиными крылышками. На тонких пальчиках перламутрово сияли крохотные ноготки, тёмные стрельчатые реснички оттеняли фарфоровую бледность удлинённого скуластого личика.

Одежда её состояла из короткого синего лоскутка, завязанного на левом плече бантиком, стянутого на поясе золотым пояском и открывающего другое плечо и стройные ножки выше колен.

- Зачем это отцу? – Ханджер недоумённо посмотрел на Бранка. Тот помотал головой.

Полуэльф протянул руку к куколке, намереваясь достать её. Внезапно та открыла глаза и с пронзительным писком вцепилась ему в палец.

Зубки у неё оказались острыми, как иголки.

- Ах, ты дрянь! – возмутился Ханджер, едва удержавшись, чтобы не шмякнуть обо что-нибудь маленького агрессора. Стряхнуть её не получилось, оторвать от пальца, не повредив крылышек, казалось невозможным.

Бранк с очумелыми глазами наблюдал за сражением, которое Ханджер явно проигрывал.

- Отпусти, глупое создание! – полуэльф непроизвольно перешёл на Старшую Речь, как всегда в минуты волнения.

И куколка разжала зубы. С минуту она висела в воздухе, отчаянно работая крылышками, затем перелетела к ларцу, уселась на шёлковую подушку, служившую ей ложем, и, обхватив колени, горько заплакала.

Маленькие плечики тряслись от рыданий.

- Это же пикси! – сообразил Ханджер, которому вдруг припомнились уроки истории в Фаррентальской школе.

– Живые игрушки, созданные Аэрионом для детей Дарианы, - пояснил он недоумевающему Бранку. – Но их уже лет триста никто не видел. Считалось, что они погибли… вместе с детьми Дарианы.