Долгождана и князь-отступник

Понятно, что он, услышав о сватовстве, пришёл поглядеть на невесту. Ему, вековому старцу, это дозволено. Зачем другие-то мудрейшие пожаловали?

— Веди нас в дом, Жданко, подай водицы. А сестра наша Гулдар примерит вашей птице-зарянице цепочку золочёную, чтобы из клетки не улетела.

Ждан не выдержал и вытер залитые потом глаза и нос о плечо. Да уж позволил бы выпрямиться мудрейший! И так ясно, что подарок прибыл то ли от матери жениха, то ли от родственницы.

И только в этот момент он удостоился прикосновения клюки к спине.

Выпрямился и важно повёл ведунов в избу, не обращая внимания на множество голов, глазеющих поверх забора на шествие.

Умница Ольга успела и в окошко на ведунов наглядеться, и на стол выставить два вида квасов, кувшин воды и новенькие глиняные кружки. А когда муж ввёл мудрейших, упала им в ноги, ткнувшись лбом в пол.

— Встань, Ольгица, честная жёнка, — важно произнёс ведун.

Но Ольга не только не встала, ещё и начала подвывать. Ведун, с виду довольный уважением и покорностью богатых сельчан, сделал благосклонный жест рукой — поднимай, мол, Жданко, свою бабу.

А закутанная в чёрные платки Гулдар прошла наверх в горницу.

Родители невесты бросили вслед ей обеспокоенные взгляды, но не посмели и слова вымолвить.

Строптивая дверь распахнулась перед ведуньей, будто её петли были смазаны маслицем. Жданка в этот миг только что вытерла распухший нос и заплаканные глаза. Но всё перед ними ещё казалось смазанным и расплывчатым. Что она смогла разглядеть? Только чёрную фигуру. И Жданка вскочила, выхватив из маленьких ножен кинжальчик, который всегда был при ней.

Ещё и успела намотать на руку свой платок — для обороны.

— Никак ты, девица, решила со мной сразиться? — произнесла чёрная женщина немного гортанно.

Жданка вдруг вспомнила слова Вячко, что к ним идёт ведунья и вконец растерялась: то ли повиниться за неучтивую встречу, то ли в ноги упасть, то ли руку поцеловать.

— Я Гулдар, ведунья Дальнего села. Пришла посмотреть на невесту моего сына Ратдора. Сесть пригласишь?

К Жданкиному оцепенению добавилось удивление от начала разговора.

Обычно ведуны уничижали людей, показывая им положение человека в мире: он ничто перед предками, общим Родом, богами и мудрейшим. «Ко всему нужно идти через смирение», — вспомнились ей слова матушки. Или батюшки. Девка только повернула голову к лавке, не в силах раскрыть рта.

Гулдар усмехнулась, прошла и уселась, похлопала рукой рядом с собой. Жданка на деревянных ногах подошла и упала пышным задом на лавку.