Зверь и я

Если внешность Захари была скорее смазливой, а черты лица плавные и мягкие в силу юного возраста, то его отец куда больше был похож на опасного хищника. Высокие скулы и прямой нос, белые волосы, и голубые глаза. Хорош собой, наверное, пройдет лет десять и за сердце Захари все местные девчонки поотгрызают друг другу хвосты. За папашу, по крайней мере, уже соревноваться начали, еще и меня приплели. Наше молчание затягивалось, и я кашлянула, привлекая внимание блондина. Тодор вздрогнул, выходя из оцепенения и наконец-то заметил меня.

— Это ваше, — протянул он мне мою сумку.

По ее внешнему виду можно было сказать, что волки ее знатно потрепали, но проверять содержимое при одном из них я постеснялась. Лишь заметила, что все было перемешано и сверху валялся мой паспорт.

— В вашем мире ужасные художники. Нашим бы за такие карманные портреты отрезали бы руки, — заметив мой взгляд сказал оборотень, и кивнул на паспорт.

«Было бы неплохо», подумала я, вспоминая свою фотографию три на четыре.

— Ваше величество, господин Тодор, верните нас с дочкой домой, пожалуйста, — я перебрала в уме все возможные обращения к высшим мира нашего, но судя по улыбке, мелькнувшей на лице волка, ни разу не попала в яблочко.

— У нас не приняты расшаркивания, вы можете звать меня просто по имени. И вернуть вас я, к сожалению, не могу. Только вашу дочь, если вы этого захотите. — В его голосе чувствовалась усталость и раздражение на одного маленького пройдоху, и вероятно меня, свалившейся на него будто с луны.

— Почему я не могу попасть домой?

— Вы дали клятву Захари.

— Но я впервые слышу про этот ваш отбор, не хочу я ни в чем участвовать! — я чувствовала себя маленьким зверьком, загнанным в клетку.

— Что вы ему пообещали? — Тодор навис надо мной как грозовая туча.

— Что помогу ему…

— Чем конкретно? — почти прорычал мне в лицо оборотень, заставляя вжаться в спинку кресла.

Почувствовав мой страх, Тодор устало выдохнул и отошел обратно к камину, делая вид, что нет ничего интереснее безделушек на каминной полке.

— Стоит быть впредь аккуратнее, давая магическую клятву и оговаривать вслух все нюансы. Расторгнуть ее никто не в силах, даже сам паршивец. Видимо, на это он и рассчитывал. Вам придется пройти отбор, хочется вам этого или нет. В противном случае вас ждет кара богов за нарушение клятвы.

— Не хочу я становиться вашей женой! — вскипела я.