Зверь и я

В отличии от Бану девушка-койот не расплывалась в улыбке перед альфой, она грациозно присела в реверансе, подала руку, и прошла на свое место.

Имя следующей участницы отбора заглушил волчий вой входящей делегации. Молодая смуглая девушка с вьющимися черными волосами и ярко-голубыми глаза вошла в зал одна, ее сопровождали лишь два волка, да и то держались от нее на расстоянии.

— Ничего себе, — чуть не присвистнул Захари мне на ухо. — Это же макензийская волчица Апони. Про них говорят, что они самые кровожадные, а про нее ходят слухи, что она убила предыдущего главу рода.

— И кто же сейчас правит там?

— Не знаю, — стушевался Захари, который уже свыкся с образом наставника и не хотел признавать, что ему что-то неизвестно.

На Апони было кожаное платьице, украшенное лишь небольшим ожерельем. Она неслышно ступала по каменным плитам босыми ступнями, разглядывая уже представленных невест исподлобья. На ее теле тоже был раскрас, и весьма своеобразный. Руки по локоть были в красной краске, красной была и шея, и подбородок, и небольшая линия вокруг глаз, по крайней мере я готова была молиться всем здешним Богам, чтобы это оказалась именно краска.

На лице Тодора не мелькнуло ни единой эмоции, он также вежливо приветствовал девушку и позволил занять свое место. Проходя мимо меня, Апони повернула свою голову в мою сторону и шумно втянула носом воздух. Ради всего святого, объясните этой даме, что я просто мимо проходила!

Вот угораздило же вляпаться в приключение. Почему это не отбор для альфы котяток, или шиншиллок или кого-то еще безопаснее и менее клыкастого?

Девушку из следующей делегации звали Марселой.

Пока что это была самая многочисленная свита, Марселу сопровождал пожилой мужчина, а вокруг них были рассредоточены аж четверо волков. Все волки были рыже-серыми, похожими на испанских. А вот девушка была крупной, я бы даже сказала мужеподобной. Сверху ее платья были металлические наплечники, будто бы стоит ей только захотеть и плавным движением руки ее бальное платье превратится в доспехи.

Вряд ли это та самая, настоящая возлюбленная Тодора. Я пыталась распознать ее в каждой участнице, но он нисколечко мне в этом деле не помогал: он встречал, целовал руку и провожал их всех, не выказывая ни единой эмоции. Может у них вообще так принято? Но Захари, к примеру, совсем не похож на черствый сухарь, наоборот из него эмоции бьют фонтаном. С возрастом они что ли портятся.

Невесты невестами, но я то и дело поглядывала в сторону Маши.