Господин маг, это не лечится!

От чего я действительно страдала, так это от безделья. Из-за него же я все чаще чувствовала себя Мотей с таким же распорядком: встала, умылась, потянулась, в моем случае – сделала зарядку, подкрепилась, погуляла, вот и время следующего перекуса! Еще можно почитать книгу, сделать гимнастику еще раз и вернуться к книгам.

В общем, неделю своего пребывания в доме Гордеевых я решила отметить праздничным завтраком. Спустилась на кухню и к неудовольствию поварихи взялась за готовку.

- Госпожа Ольховская, - сквозь зубы бурчала она, наблюдая за тем, как я болтаю яйца для омлета, - если вы чего-то хотите, можно просто сказать, я приготовлю.

- Ах, Галина Аркадьевна, больше всего я хочу понравиться любезной Лизавете Сергеевне, - пролепетала я, отмеряя соль и специи, - а она сказала, что я должна сама готовить будущему мужу и деткам.

Повариха скривилась, проглотив: «Милочка, смиритесь, у вас все равно нет шансов!», и осталась наблюдать за мной. Помогать она не спешила, только сверлила взглядом и нехотя подавала мне необходимое.

И то, согласилась после моего оптимистичного: «Ничего, сейчас сама найду! Начну, пожалуй, вот с того верхнего шкафчика!».

Но на полках и в кладовых я все равно порылась, оценивая запасы продуктов. Заодно отметила, что многое из хранящегося там никогда не подавали к столу. Другое доставалось только в присутствии Ильи.

- Это для торжественных приемов Лизаветы Сергеевны, - нехотя пояснила повариха, заметив мой интерес к деликатесным сырам и подарочным наборам шоколада.

– У меня и тетрадь с расходами имеется, где все записано, хотите покажу?

- Хочу, - кивнула я. – Буду вникать во все детали хозяйства, как и положено.***

Тетрадь я действительно прихватила и унесла в комнату, дожидаясь, пока омлет доходит в духовке. Галина Аркадьевна все кружила рядом и бухтела о порушенной рецептуре. И молоко вместо сливок, и яйца-то не взбиты как следует, и почему в духовке?

Но в результате омлет получился высоким и пышным, как в детском саду. Собственно, я долго училась делать его именно таким, специально для сына.

Но посвящать повариху в такие детали не стала, просто порезала его на порционные куски, добавила подсушенный на сковороде хлеб, собрала тарелку нарезки и помогла все сервировать. Нельзя оставлять повариху наедине с соблазном нечаянно все опрокинуть!

Илья к тому времени уже уехал на службу, но на его счет я не слишком волновалась: в больнице кормили вполне сносно, а доктора там официально стояли на довольствии.