Каникулы в старом замке

– Потому тебе не нужен проводник в Королевство Теней, - кивнул каким-то своим мыслям. – В таком случае я пойду один, Эд.

- Ты не пойдешь один, Гарри, - решительно произнес Эдвард. – Я – твой оруженосец, забыл?

Генри расхохотался:

- Эд, ты серьезно?! Это были детские игры! Дурачество! Первый курс Академии Драконов!

- Я отлично помню, Гарри, - рассмеявшись, кивнул Эдвард. – До сих пор помню запах лопаты, которую ты опустил мне на плечо со словами: «Я, герцог Генри Олдридж, правом, данным мне от рождения…».

- Да, мы отрабатывали теорию магии, чистили конюшни! - хохотал Генри.

- Вот-вот, с тех пор я – барон Элфорд, - кивнул Эдвард. – Титул рыцаря лопаты, как и баронство с гербом пожаловал мне ты. Так что не спорь с оруженосцем, сюзерен, - разлил по бокалам третью порцию.

– Хорошо, не будем тебя светить перед твоим настоящим отцом! - отсмеявшись, согласился Генри. – Вернемся к славянским девушкам. Твой знакомый барон Бенджамин Арден случаем не подсказал, где я могу встретить такую славянскую девушку? – опрокинув в себя третью порцию напитка, заинтересованно подался вперед Генри.

- Она уже в замке, Гарри, - невозмутимо ответил Эдвард. - Ее зовут Анна.

Глава 4

Я смотрела на возвышающуюся передо мной каменную громадину и пыталась осознать, как можно просто жить в таком большом доме. Раньше, в средние века, наверное, это было понятно, мой дом – моя крепость. Замок выполнял оборонительную функцию, и в нем легко размещалось целое войско воинов и рыцарей всех мастей.

- Прошу Вас, тисса Анна! – голос дворецкого отвлек меня от созерцания каменного фасада. – Добро пожаловать в Олд Касл! – мужчина широким жестом руки указал мне путь наверх по монументальной лестнице к массивным двойным дверям парадного входа. – Люк, отнеси багаж тиссы из кареты в гостевое крыло, – обронил на ходу подоспевшему парню в холщовых штанах и рубахе. – Сейчас я представлю Вам нашу экономку Джуди Грин. Она проводит Вас в Вашу комнату, - распахивая передо мной тяжелую дверную створку, добавил Джон Элфорд.

Огромный зал с гулким мозаичным паркетом отразился в высоких зеркалах, уносящих затянутые гобеленами стены ввысь, под своды высоченных потолков, где эхо терялось между громадных люстр на кованых цепях. Широкая лестница поднималась из центра холла и разветвлялась под стрельчатыми арками на две, те же в свою очередь распадались на уходящие дальше вверх и два балкона по периметру зала.