Миа: Тьма над Горным краем. Часть 2

‘Да какая разница? Ты под подозрением, а у меня снова заряд на нуле! Извини, болтать не могу’.

Да, разница небольшая. Я подозреваемая и, наверное, это должно меня заботить сильнее всего. Но мысленно я все еще находилось на той залитой кровью дорожке, гладила волосы Рика и умоляла его не умирать. Кровавые пятна на белом снегу. Лед на душе постепенно истаял. Меня затопили чувства. Они взрывались во мне, горели, мучили, жгли огнем: сожаление, боль потери, раскаяние… но я все такой же безучастной куклой сидела на стуле, глядя в стену перед собой.

Дверь открылась, я с усилием оторвала глаза от серой поверхности и посмотрела на вошедшего — эйс ди’Эдер. Королевский дознаватель был мрачен. Он остановился напротив меня, я зачем-то устремила взгляд на его высокие сапоги, рассматривая серебряные пряжки. Красивые и блестящие.

Где-то на границе слуха долетело кое-что из его речи: — … молодая леди. Я ожидал … истерики, а вы так спокойны...

Стараясь расслышать его, я подняла голову и посмотрела на дознавателя.

— Я не слышу, — мне казалась, что я прошептала это.

Но ди’Эдер ошеломленно посмотрел на меня. Потом приблизился, схватил за плечи и заставил подняться.

Сжал мою голову руками. Мне показалось, что он хочет расколоть ее как орех, но я не вырвалась. Потом вдруг мир наполнился звуками. Я ошеломленно хлопала глазами, стараясь с ними освоиться. Дознаватель отпустил мою голову, я пошатнулась — колени подгибались.

— Вас, милая девушка, похоже, задело проклятьем. Расслабьтесь и смотрите мне в глаза.

Отвести взгляд от его темных глаз оказалось невозможно — они словно выпивали из меня энергию вместе с проклятьем. И если бы менталист не поддерживал, я рухнула бы на пол. Как долго он копался в моей голове? Боли я не чувствовала, но уверена: у меня не осталось никаких секретов от лорда ди’Эдера. Что ж, мне даже нравится такой метод допроса преступника.

— Ну вот, закончили, — он, наконец, удовлетворенно хмыкнул.

Я хотела отстраниться, но пошатнулась и упала бы, если бы не помощь ди’Эдера. Сняв проклятья, он освободил чувства и все они нахлынули разом — раскаяние, страх, боль от предательства близкого человека. Я схватилась за голову, желая лишь одного: прекратить эту муку любым способом. После почти полного бесчувствия контраст был сокрушительный.

— Рад, что вы не участвовали в заговоре.