Миа: Тьма над Горным краем. Часть 2

Как приятно видеть родного человека, который улыбается при виде меня!

— Светлого дня, Миарет! Леди, — Дитрик кивнул свите и жестом отпустил фрейлин. — Ты хотела поговорить со мной о чем-то важном? Давай пройдемся немного по парку, хочу размяться после долгой дороги.

Маги остались у карруса, а мы с дядей вошли в ворота и отправились в неспешную прогулку аллее, обсаженной вечнозеленым кустарником.

— Ваше Вы… — начала я, но меня тут же прервали.

— Рик — не забывай, дорогая.

Я улыбнулась и исправилась: — Рик, вы только не сердитесь: но я говорила с друзьями о серьезных вещах.

Знаю, вы не одобряете мою дружбу с наследником клана Ледяных ветров...

— Ну почему же не одобряю, в этом есть некая ирония судьбы. Ведь если мне не изменяет память, главным врагом твоего предка, дракона Вардена арк’Лейра, числился белоголовый оборотень по имени Лер Тореддо. Все повторяется в мире, но, надеюсь, на этот раз — не в виде драмы, — голубые глаза Рика насмешливо сощурились, когда он взглянул на меня.

— Я бы предпочла комедию, — пожала плечами, отметая дядины намеки.

Старые истории сейчас меня не занимали. — Но сейчас речь о серьезном и важном: Яр стал случайным свидетелем тайного и крайне подозрительного сговора...

— Дай угадаю — гномы?

— Яр так и думал, что это не первый сигнал. — Я кивнула, довольная уже тем, что принц не запрещает мне продолжать.

— Не первый. Они много лет ратуют за отделение края от Ильса. В последние годы особенно рьяно, не без влияния агентов горных кланов, разумеется. Дитя, не тревожься, ситуация контролируется.

— В том-то и дело: вы не даете протесту развиваться, поэтому они покушаются на вашу жизнь, Рик! Вы под угрозой!

Он покачал головой и тихо засмеялся.

— Уверен, им ко мне не подобраться. Они слишком слабые маги, даже у сотни нет шансов. А еще у меня хорошая охрана.

— Так, значит, вы настороже? Это замечательно! Я очень тревожусь о вас.

— Я рад, Миа. Хотя ты моя племянница, все эти годы мы были не слишком-то близки. Признаюсь, я не слишком интересовался твоей жизнью, положившись на брата.

Считал тебя одной из сотен благородных девиц, которые годны лишь на то, чтобы выдать их замуж. Теперь-то я понимаю, что ошибался. И я рад, что ты выросла не пустышкой, в отличие от большинства женщин высшего света.

— Может, это влияние моего учителя? — с улыбкой спросила я. Мне нравился непринужденный тон беседы и то русло, в котором она протекала. Отсюда легко заговорить о подарке гнома. — Отчего вы его не любите?

— О, это давняя история.