Миа: Тьма над Горным краем. Часть 2

На душе было неспокойно, но не так, как полгода назад, когда я впервые ступила на выжженную землю Горного края. Тогда я была ошеломлена резкой переменой в жизни, боялась неизвестности. И как оказалось, не зря.

Вспомнила, как шила сумку, которую про себя называла нищенской торбой, и усмехнулась. Сейчас, упаковывая тетради и стилос в новенькую кожаную сумочку от мэтра де’Гаванна, я почти завидовала той бедной и никому не нужной адептке. А еще страшно злилась на дядю, который так жестко ограничил мою свободу.

К тому моменту, как услышала трель маговизора, успела порядком себя накрутить.

Однако Рик нисколько не устыдился. Наоборот, узрев мою насупленную мордаху, разразился безудержным хохотом. Мой укоризненный взгляд на него не подействовал, напротив, еще больше развеселил.

Его величество находился в своем рабочем кабинете, но, видимо, на сегодня уже покончил с делами: судя по расслабленной позе и стакану с крепким алкоголем в руке.

— Ну, как ты там устроилась, моя девочка? — отсмеявшись, спросил он.

Я набрала воздуху в легкие, чтобы озвучить претензии, но меня тут же прервали.

— Я получил отчет от охраны, можешь не жаловаться. Молодые люди обязаны держаться от тебя на расстоянии. — Тут мне подарили полный укора взгляд — это у нас фамильное, что ли? — По-моему, Миа, в этом требовании нет ничего необычного. Вспомни светский этикет.

— Но…

— Нет никаких «но», милая. Мне странно напоминать об этом такой умной девочке. Ты не должна позволять дотрагиваться до себя юношам или мужчинам. — Король ткнул в мою сторону пальцем, многозначительно приподняв бровь.

— Ты это хорошо помнила при дворе и ужасно оскорбилась, когда принц дотронулся до тебя. Однако, оказавшись в Виале, ты мигом забыла об условностях. И напрасно. Потому что правила направлены только на то, чтобы оградить тебя и молодых людей от больших неприятностей.

Почему я каждый раз надеюсь, что мне удастся убедить его хоть в чем-то? Это совершенно бесполезно. Он прав, конечно: со стороны все выглядит так, словно я вырвалась на свободу и пустилась в какие-то непотребства.

Мое расстроенное лицо заставило дядю немного смягчиться.

— Поверь, детка, я знаю, как тебе обидно, ты ведь искренне любишь друзей. Их есть за что любить, они продемонстрировали верность. Но, подумай, должна ли ты поощрять их напрасные надежды? Обнимая их, разрешая себя касаться, ты делаешь именно это. — Я недоверчиво покачала головой. — Поверь мне, мозг мужчин работает не так, как женский.

— А как?

Рик снисходительно улыбнулся.