Золотко и дракон, или Не зли ведьму

Вот и сейчас она съежилась и вжалась в спинку кресла, а выражение милого личика стало кислым, как перебродившее в уксус вино.

Не понимаю, что за табун черных кошек между ними вечно шляется, но факт остается фактом: Райз тоже с трудом переносил мою подругу.

К счастью для нашей дружбы, недолго ему надо мной кураторствовать, до конца лета. Официально курсанту Девору оставалось сдать летный экзамен и защитить магистерскую степень — его факультет, как и мой, считался гражданским.

Райз щелкнул каблуками, но честь отдавать не стал, поскольку тоже был не в форме, а щеголял в модных джинсах и майке с забавным принтом печального енота.

— Докладывай, только быстро, — приказал полковник Ренски.

— У подопечной выявлена эмоциональная нестабильность пятой степени, профессор. Слишком быстрая и острая реакция на объект «Зеро», причем, кардинально противоположная обычной реакции на объекты второго класса.

Хоть бы постеснялись при мне меня препарировать и по полочкам мои эмоции раскладывать!

Интересно, что за объект «Зеро»? Уж не мою ли золотую мечту начальство так уничижительно обозвало?

В подтверждение догадки, полковник бросил взгляд на картинку с внешней камеры, где сверкающие золотом выпендрежники возобновили шествие.

— Странно… — пробормотал он.

И оба мужчины, старый и молодой, осуждающе посмотрели на меня.

А я соорудила морду кирпичом и уставилась на дисплеи с внутренних камер в фойе, где к разгневанному репти и его телохранителям высыпал взвод внутренней охраны отеля. А начальство, между прочим, даже не трепыхалось, обсуждая мои ни к черту не годные нервы и слабый самоконтроль. Это у меня-то?!

Троица чужаков вошла, наконец, в здание, и наша четверка, даже полковник, разочарованно выдохнула.

Картинка, генерируемая камерами с фильтром, не показала никаких изменений во внешности этих гостей. Люди как люди.

— Мне очень интересно, почему у нашей Лисички такая нестандартная реакция на… хм… обычных людей, — пробормотал Ренски, и в его голосе сквозило такое разочарование, а в сверкнувших глазах куратора Райза засветилась такая ирония, что я покраснела.

Но тут нам стало не до внутренних разборок.