Тирра. Невеста на удачу, или Попаданка против!

— Матушка Зим подошла к окну, поворошила какие-то бурые комочки, лежавшие под солнечными лучами на полотенце и похожие на сушеные бобы. — Что ты решишь?

Прежде чем я открыла рот, старушка поспешно добавила:

— Но помни, статус служанки — не самое лучшее для девушки в нашем мире, и у тебя будут связаны руки для расследования давней трагедии. Вернуть все на круги своя и стать снова невестой — самый удобный для всех выход. Главное, ты сможешь на полном основании разыскивать преступников и навестить сгоревшую усадьбу.

Гинбисы-то не давали тебе и носа из дома высунуть. Боялись, вдруг что случится с тобой, и они без твоего наследства останутся. А без помощи я тебя и так и эдак не оставлю.

Я опустила глаза и стиснула руки. Главное для этой милой ведьмы — угли графского дома. А для меня — жизнь. И мой мир.

Но я без поддержки ничего не могу в мире, где главное даже не деньги, а магия и титулы. Радует одно: я ей нужна. Так нужна, что она не стала прежде времени меня пугать или принуждать. Наоборот, она хотела держаться в тени до последнего.

И если бы не мое бегство и не сорванное обручение, то матушка Зим так и оставалась бы невидимой тенью в графском особняке и дергала бы за ниточки незримо и неощутимо.

Я ошибалась, не старая баронесса Гинбис здесь главная паучиха, а вот эта милая сгорбленная старушка в чепчике, как у черепахи Тортилы. Только очков и панциря нет.

Скользнув взглядом по стенам, увешанным пучками трав в какой-то нечеловеческой гармонии, я вздрогнула. На миг показалось, что на стенах проступил узор замысловатой паутины, и мешочки с травами снова превратились в ожидающих добычи толстых пауков.

Я тряхнула головой, прогоняя наваждение.

Даже удивительно, как колдунья прошляпила наш заговор с Лисси и Бером! Или она не прошляпила, а направляла, и явилась бы потом в роли спасительницы, заслужив мое безоговорочное доверие? Она и сейчас играет именно эту роль.

— Могу я узнать, кто вы на самом деле, матушка Зим?

— Зачем тебе это знать, дитя чужого мира? Ты впорхнула в наш дом, как воробышек в окошечко, и так же выпорхнешь, если не сломаешь тут крылья.

— Но почему вы так хотите отомстить за моих… за семью графа Барренса? Вы их родственница?

Колдунья, перебиравшая бобы (или то, что на мой земной взгляд таковым казалось), выбрала один, посмотрела зачем-то на просвет, удовлетворенно кивнула каким-то своим мыслям и спрятала боб в кулак. Ясно, что ответ я не получу.

— Определилась бы, Тамара, — прищурилась матушка Зим.