Истинная ученица дракона

Целительница дала мне стаканчик с настойкой для восполнения сил и маленькую пластинку успокоительного. Я взяла, но повременила с тем, чтобы принять лекарства.

— И хорошо, что так. Яд гарпий уже почти сделал своё дело: ты почти не дышала, — эна Фердинанда нервно потерла руки. — Как он рычал тут на всех, перепугал больных. А потом отказывался уходить из палаты. Даже ректор сам сюда приходил, чтобы получить отчёт.

Так все дело было в яде? Только сейчас я вспомнила, что гарпия оцарапала меня. Потрогала ладонью: на щеке чувствовалась тонкая полоска молодой, гладкой кожи.

— Не переживай, Аниела, царапина была неглубокой, скоро всё пройдёт, и шрама не останется. Я лично об этом позаботилась, — глядя на мое резко погрустневшее лицо, заверила эна Фердинанда. — Ну всё. Давай пей лекарства и набирайся сил. Все дела потом.

Она заботливо поправила мне подушку, похлопала по плечу и, тихо шелестя юбкой, вышла из палаты.

Я осталась в тишине. За окном кипела академическая жизнь, а что ждало меня дальше — было совсем неясно.

И вдруг меня осенило. Эн Гордин провёл тут всю ночь? От этого стало приятно. Святые реки! Какой же растрепанной он меня видел. Ой, стыдно-то как!

Я поспешила пригладить волосы, хотя смысла в этом уже не было.

Надо было срочно его найти и поблагодарить за спасение. Он же пошёл к ректору? Вот, заодно сразу узнаю о своём ближайшем будущем, чтобы не путаться в догадках и ожиданиях.

Я одним махом выпила настойку. Спустившись с кровати, медленно попыталась встать.

Но упорства мне всегда было не занимать! Ну, и спасибо эне Фердинанде, после её воздействия на своих двоих я могла по стенке дойти до шкафа.

Там для меня заботливо повесили мое казарменное платье: шерстяное, тёплого охристого цвета со свободными рукавами и широкой юбкой. Его очень не любила мама, говоря, что оно слишком тёмное для ангелов. Но платье хорошо подходило к моим волосам и глазам и было единственным, которое я выбирала сама.

Пока я, кряхтя и пошатываясь, переодевалась, настойка начала действовать, и почувствовала себя значительно бодрее.

Глянув в зеркало, рассмотрела шрам, который тянулся через всю щеку от уголка глаза до губ. Так вот что там пристально рассматривал эн Гордин. Вот откуда было это сочувствие… Ничего. Всего пара дней, и всё пройдёт.

Я собрала волосы в небрежный пучок, накинула шаль и вышла из палаты.