Сорванная помолвка

Чаровать посуду от битья, наверное, посчитали слишком затратным, так как на полу оказалась груда осколков. Остальные тарелки чуть было не поехали следом. Я еле успела подхватить и возмущенно сказала:

               — У вас тоже нет достаточной квалификации, фьорд Кастельянос, чтобы выполнять мою работу. Немедленно покиньте буфетную, пока вы мне всю посуду не перебили!

               — Дульче, я же не нарочно, — чуть смущенно сказал он.

               Но я почему-то так на него рассердилась, что никаких оправданий не стала слушать. Он собрал осколки с пола каким-то хитрым заклинанием и даже предлагал из них тарелку восстановить. Но это же дело не одного часа, нужно собирать по фрагменту и тщательно соединять. Нечего Дар на такое тратить! 

      Так что я просто ссыпала осколки в артефакт утилизации и выставила целителя из помещения, пока остальное не пострадало.

               Уборка меня немного успокоила, и я представила, как Бруно дожидается меня у дверей, чтобы поблагодарить. После этого дело пошло гораздо быстрее, я даже напевать начала. Тихо, вполголоса, чтобы никого не побеспокоить. 

      Чистые тарелки перекочевали в шкафчик, кастрюли — на тележку. Я еще раз осмотрела буфетную, чтобы убедиться, что все сделано и можно закрывать. Помещение радовало полным порядком, Лусия утром будет довольна.

               — Дульче, вы уже закончили? — виновато спросил целитель. — Мне так неловко, что я разбил эту проклятую тарелку. 

               Горячая точка на спине пропала, словно ее и не было. Тишина, вибрировавшая как натянутая струна, лопнула потоком извинений фьорда Кастельяноса.

               — Ничего страшного, — грустно ответила я. — В шкафу есть запас на такой случай. Больные без тарелок не останутся, не волнуйтесь.

               Но не волноваться у него не получалось. Он проводил меня до столовой, поминутно пытаясь выхватить тележку, которую я упрямо не отдавала.