Бесеняша в Академии магии

Дверь за собой, в отличии от меня, он не закрывает, но следить за тем, что он делает, я не пытаюсь, достаточно, что в мои вещи он точно не полезет — слишком горд, чтобы позволить себе столь низкий поступок.

Пока он занят, я, устроившись на диване, беру брошюрку, отпечатанную на плотной приятной на ощупь бумаге. А вот на твёрдую обложку господа аристократы поскупились.

Читать начинаю с самого начала и внимательно, а не как иногда — по диагонали, тезисно выхватывая самое важное, чтобы потом решить вернуться и прочитать детальнее или двигаться дальше.

Начинается брошюрка даже мило. Камир — доверенный слуга, сопровождающий господина в Академию, и особое положение должно быть даровано лишь преданному, достойному слуге, который не опозорит своего господина.

Как я понимаю, по своим обязанностям, камиры ближе всё же не к камердинерам, “комнатным” слугам, а к дворецким, в чьи обязанности входит принять визитёра и развлечь, пока хозяин собирается. Для камиров важнее не умение застелить постель, это сделают горничные от академии, а правильно подать чай и вообще правильно вести себя в присутствии друзей господина.

Дальше — хуже.

Камиры не имеют права питаться в ресторации без присутствия своего господина. Они не имеют права уносить еду в комнату, если господин находится за столиком.

Про доступ к учёбе не заикаюсь — высокие материи не для плебеев. К счастью, запрет на учёбу на Лайса не распространяется.

Я читаю дальше.

И изо всех сил стараюсь не кривиться от отвращения, потому что брошюрка… мерзкая.

Камирами дозволено… меняться. Фактически девушки действительно не имеют никакой защиты, да и парни тоже, потому что про сохранение невинности до брака местные леди не слышали — магия внесла свои коррективы, в аристократических кругах царит равноправие, что, как ни странно, не отменило покровительственно-галантного отношения к слабому полу. Больше того, за благосклонность леди… сражаются, потому что одарённая леди вполне может родить ребёнка и вне брака, её за это не осудят, точнее, брешь в приличиях прикроют сообщением о неком тайном браке, а вот лорд, не сумев жениться, остаётся без наследника.

Герцог выходит из спальни, когда я приканчиваю последнюю страницу.

Взгляд, которым он прожигает брошюру, а затем меня…

Странный какой-то. По его мнению, я не должна была читать? Но ведь в брошюрке я вычитала главное — “дозволено”.