Недотрога в Академии или никогда не связывайтесь с ведьмами!

И тут Тарику наконец прорвало:

– А вот и случилось! Да только не у меня, а у тебя, Лилиана!

Я остановилась и медленно повернулась:

– У меня? Это ты про что?

Выходит, она как-то узнала, что Жемчужинка стал мантикорой Артом, и потом опять превратился?

Но как?

Слышать она точно ничего не могла, спит Тарика как убитая, только положи. Сама говорила.

Да если бы и узнала… Конечно, это событие необычное, но почему ее-то так задело?

Нет, тут что-то другое…

Тарика сверкнула глазами:

– Известно, про что! Вон, парни тебя Недотрогой кличут, а ты…

Из глаз ее волной хлынули слезы.

Я ошарашенно заморгала:

– Какие парни… Ты о чем, вообще?

– И не строй из себя леди, которая не причем. Леди она. Или думаешь, если леди, то тебе все можно? – Тарика прижалась к стене и зарыдала в голос.

Вот что с ней творится, а? Парни, Недотрога. Рыдает в три ручья.

Нет, надо с этим тотчас разобраться. 

Я подошла к подружке и коснулась ее плеча. Тарика дернулась, но руку не сбросила.

Уже прогресс.

– Да расскажи ты толком, что случилось, – тихим, успокаивающим тоном сказала я.

– А что тут рассказывать, – буркнула Тарика. – Все и так понятно. Кроме одного. 

Она прищурилась, опять оттолкнула мою руку и выпалила:

– Зачем он тебе сдался-то? Или ректора мало, да?

Мамочки… Я почувствовала, как щеки мои залила краска.

Это она о чем? И причем здесь ректор?

– Ага, покраснела… – Тарика вздохнула и убитым голосом сказала, – значит, все на самом деле правда.

Та-ак.

– Тарика, ну-ка посмотри мне в глаза и скажи прямо, о чем речь, – я вдруг разозлилась. Ну в самом-то деле! Сколько можно ходить вокруг да около.

– Кому ты не поверила, Тарика? И что этот человек тебе сказал? – сглотнув, спросила я.

– И зачем тебе это надо только, – вздохнула девушка и посмотрела на меня как побитый щенок, выброшенный за порог.

– Будто сама не знаешь… Хочешь, значит, от меня услышать? – недобро усмехнулась она.

– Да про что же? – со злости я топнула ногой. – Говори скорее, а то останемся без оладушек!

Не знаю, что на Тарику подействовало сильнее - сам факт, что леди вышла из себя и даже ногой топнула, или упоминание об оладушках.

– Ладно, – она отвернулась. – Алиска сказала, что вчера рано утром из твоей комнаты выходил Вик. Мой Вик!

Я даже рот открыла от изумления и вытаращилась на нее. Да мне и в страшном сне такое не привиделось бы.