Забытая эльфийка

Он сразу сообразил, что вещь необычная и стоимость ее не равняется лишь весу золота. Сначала он явно хотел провести нас, предложив совершенно смешную сумму, но наткнувшись на суровый взгляд эльфа, не обещающий ничего хорошего, сразу поскучнел. Мужчина выдал нам сумму на несколько порядков большую изначальной, но явно не остался внакладе. А мы, имея на руках наличность, могли с комфортом отправляться в Англию.

Вчера, когда решение о поездке было принято, мы приступили к подготовке. Ника забронировала билеты и попыталась объяснить Кланки основы поведения современного человека в цивилизованном мире.

Не знаю, какой из него вышел ученик, но мне вскоре предстояло проверить это на практике. Я собрала чемоданы и объявила родителям, что отправляюсь на побережье с Никой. Помахав на прощанье ручкой, скрылась за дверью, пока мне не начали задавать вопросы.

И вот сейчас мне предстоял полет, но совершенно не в сторону теплого ласкового моря, а в страну вечной сырости, холода и пятичасового чаепития. Нужно отдать подруге должное, Кланки вел себя как вполне обычный человек.

Бизнесмен, вынужденный по делам отправиться заграницу, а вовсе не эльф из иного мира. Ушки свои эльф скрыл заклинанием, как и мои. Хотя и долго сопротивлялся.

Он шел по просторному залу уверенной походкой человека не один десяток раз совершавшего перелеты. Предъявлял документы со скучающим лицом и, как бы между прочим, следил за моими передвижениями.

Ни один служащий не задал эльфу ни единого вопроса. А заметив их пустые взгляды, я все поняла.

Магия – страшная сила.

Прибыв в нужный аэропорт, мы отправились на стоянку такси. Не знаю, насколько хорош был мой английский, но водитель понял, чего мы от него хотим. Он удивился, почему господа туристы сразу отправляются осматривать достопримечательности, не заехав в отель и не оставив там вещи, не присоединившись к туристической группе в конце концов. Но мы были непреклонны.

Всю дорогу Кланки со скучающим видом смотрел в окно. А я волновалась так, словно это я находилась в чужом мире, и это у меня вот-вот появится возможность вернуться домой.

Удивительно, насколько хладнокровным и невозмутимым он был. Во мне поселилась уверенность, что его ничем невозможно пронять: ни удивить, ни напугать. Он, казалось, вообще не способен испытывать эмоции, а если и способен, то никогда их проявление невозможно заметить на его породистом лице. Ни жестом, ни словом, ни дрогнувшим мускулом на щеке он не выдавал своих чувств. Это если они все же у эльфа были.