Забытая эльфийка

– У дерева не может быть шрамов, – отмахнулась подруга.

– А животные не умеют разговаривать, – привела я аргумент, и пошла к другому невысокому деревцу. Та же картина. – Здесь те же шрамы, и земля утоптана.

Я достала из рюкзака Ники нож и подковырнула кору. Из нее вниз по стволу тут же начала сочиться жидкость. Добежав до земли, она стала собираться в лужицу.

– Я видела, как в деревне дедушка собирал березовый сок, – Ника подошла поближе. – Может местные собирают сок этого дерева. Тогда он должен быть съедобным.

Подтверждая мою догадку, к лужице подбежал маленький зверек и стал слизывать густую жидкость со ствола.

– Смотри, – взвизгнула я, указывая пальцем на существо.

Тот, испугавшись, мгновенно юркнул под куст. Я полезла за ним желая рассмотреть получше. Уж больно интересный он был. Вроде нашего мышонка, с длинными тонкими, поросшими шерстью ушами, маленьким хвостиком, и каким-то хоботком вместо носа. Именно этой частью тела он и «пил», привстав на задние лапки.

Конечно, я его не догнала, зато нашла то, что он искал под кустом.

– Как репка из сказки, – оценила подруга, когда я показала ей находку.

– Разрешите представить – ваш ужин! – провозгласила я, вставая с колен.

– Ты уверена, что мы не отравимся? – с опаской спросила Ника.

Я счистила ножом тонкую кожуру и понюхала. Аромат был восхитительный. Дыня, банан, мед и что-то еще.

Какое блаженство! Фрукт или овощ был сочный и нежный, а кисло-сладкий вкус был праздником для изголодавшегося желудка. Не заметив, как прикончила его, я нырнула в кусты в поисках маленьких веничков из листиков, которые скрывали под собой такой изумительный плод.

Ника, надув губки, смотрела, как я уплетаю репки. Но через пару минут, увидев, что я не валюсь на землю в конвульсиях и с пеной у рта, присоединилась.

Сок мне собрать так и не удалось. Но мы наелись сладких корнеплодов, а потом еще и напекли их в костре. Печеная репка тоже была объедение.

– Бедная зверушка, – протянула Ника, когда мы устраивались на ночлег.

– Это какая?

– Та, с длинными ушками. Мы, наверное, слопали все его запасы, и он теперь умрет от голода.

– Не умрет, – успокоила я ее. – Он родился и вырос в этом лесу. Знает, что здесь можно есть, и как это добыть.