Пёс бездны, назад!

Она их вообще не любила и не разбиралась в них. Закрепила зеркальце на вешалке так, чтобы ему всё было видно, взяла нежно-кремовое, почти белое, коктейльное. Обернулась к отражению:

– А вот это пойдёт?

Она стеснялась надевать вот это лёгкое, воздушное и безумно дорогое. Однако отражение смотрело не на платье. Серые глаза были прищурены, уголки губ подрагивали. Осень оглядела себя.

– Ты чего?

– А с чего ты решила, что я – девчонка? – хрипло уточнили в зеркальце.

– Так… а… Ну ты же моё отражение?

Оно хмыкнуло:

– Понятно.

Ты не будешь кричать, если я тебе покажу, как я выгляжу по настоящему?

Осень вздрогнула. Натянула первое коктейльное платье. Перепугано уставилась на него:

– Нет…

– Договорились.

И в зеркале вдруг показался парень. Взрослый, лет двадцати. Светлые волосы топорщились на затылке хохолком. Глаза были тёмными. Осень вскрикнула.

– А ведь обещала, – с упрёком заметил незнакомец.

– Дурак, – прошипела девочка. – А сразу предупредить?! Хорошо, на мне хотя бы бюстик был…

– Не хотел тебя пугать.

– Спасибо.

Осень трясло от злости. Она сняла зеркальце и положила его стеклом на стульчик.

– Я вообще ненавижу платья! Если бы Камилла не настояла на том, чтобы я надела её дебильное тайландское, я бы вообще в них не залезала!

– А кто тебя ограничивает? Или здесь только платья?

Терпеливая продавщица ничего не сказала, приняв все платья из рук красной, как варёная свекла Осени. Взмахивая наращёнными ресницами помогла подобрать джинсы и брюки. И верх: пуловеры, худи…

– Да, тебе это явно больше к лицу, – заметил Отражение примирительно, когда девочка покрутилась перед ним.

– Бери. Вот это – чёрное. И бежевое тоже хорошо. Пепельная роза ещё.

– Не получится… Один только пуловер пятьдесят тысяч стоит.

– М-да. Ты права. Не получится.

Осень отвернула зеркальце, потянула за рукава.

– Дешево как-то, – презрительно заметил Отражение. – Поищи что-нибудь более достойное.

«Вот это выдержка! – думала Осень, когда в магазине оформили доставку, и девочка забралась в такси, вытянула ноги и закрыла глаза.

– Я бы заорала от неожиданности, когда такая бомжара оплатила покупки почти на лям… Нет, я бы заорала раньше. Когда нищебродка только зарулила в зал». И она тихо и истерично рассмеялась. Вынула из кармана зеркальце, раскрыла его.

– Спасибо, – шепнула тихонько.

– Сочтёмся.

– Что? Ты не говорил, что… Я же ни в жизнь не расплачусь!

– Ты серьёзно? Мелкая, ты считаешь, что обладателю безлимитки нужны деньжата?

– А что тогда?

– Мы ж друзья.