Пёс бездны, назад!

– Алиса? Кто это?

Мы дружно оглянулись. Завёрнутая в кокон из голубого одеяла на нас смотрела растрёпанная девушка лет пятнадцати или около того. Светлые волосы одуванчиком веяли вокруг её головы. Кожа на лице была ярко-розовой, глаза так и не раскрылись до конца.

– Привет, – улыбнулся ей Артём.

– Ты рехнулась приводить мужиков, когда я сплю? Ты время вообще видела?

– Он уже уходит.

– Я уже ухожу, – закивал парень, – ты же закроешь за мной дверь, Алиса?

Мы вышли в коридор, и он снова схватил меня за руку. Я вяло потянула свою конечность к себе.

– Знаю, наговорил глупостей, – зашептал Артём, уже буквально стоя на пороге, – извини. Я погорячился. В том смысле, что не вовремя. Но… я всё ещё вот так считаю. Однако не должен был на тебя сходу всё это вываливать. Прости. Не выдержал. Но в кино завтра мы всё же идём, да? Ты же обещала.

– Не обещала. А вот ты обещал, что меня не разочаруешь, – намекнула я.

Он встревоженно посмотрел на меня. Сейчас, в полумраке, его глаза казались тёмными.

– Лис… Я всё же заеду завтра за тобой, да? Ладно?

– Ладно, – я устало выдохнула.

Он ещё раз извинился и наконец побежал вниз по лестнице, а я, осмотрев дверь, защёлкнула её на задвижку и вернулась в комнату.

– И что это было? – мрачно уточнила девица, всё так же не вылезая из-под одеяла.

– Мне стало плохо по дороге, и Артём меня проводил.

– Артём? – девчонка прищурилась. – Это тот масик, которого ты кинула год назад? Ты теперь снова с ним, или так, в качестве френда?

Я рухнула на постель.

– Спи давай.

Принялась расшнуровывать корсет.

– Ну у тебя и прикид, – хмыкнула девчонка, снова натягивая одеяло на нос. – Я завтра в школу не пойду. Я заболела. Маме так и скажи. Хорошо?

Мир кружился. Я скинула все юбки, стянула верх и осталась в одной камизе. Уф-ф. Странно, что сестра признала во мне Алису. Но мать-то наверняка опознает? Или нет? И где сама эта Алиса? Ладно, всё это будет не сейчас… Потом. Сначала – спать.

Одно понятно точно: с этим попаданием что-то не так. И это «что-то не так», я уверена, устроил Румпель.

***

Осения лежала и смотрела, не мигая, в потолок. На соседней кровати сопела и тяжело дышала старшая сестра. В окна проникал рассвет.

«Я сошла с ума, – думала девочка со страхом. – На нервной почве я сошла с ума…». Она осторожно сползла с кровати, подошла к зеркалу, которое в минуту ужаса вчера отвернула к стене, коснулась его пальцем.

Ничего не произошло.