Цветная музыка сидхе

Долги надо отдавать. Не знаю, жив ли он еще, у королей теневого мира непростое и опасное существование, но помолиться за него перед всеми богами нужно.

В храм надо идти.

Но как же страшно!

— Леди, вам нехорошо? Вы побледнели.

— Нормально, — отозвалась я и тут поняла, что у меня стучат зубы. — Почти. Наверное. Я не пойму. Ирма, я ничего не знаю о пантеоне богов. У нас поклонялись только Неумолимой. Едем в библиотеку, я буду изучать этот вопрос.

Два дня я чувствовала себя приговоренной к смертной казни. И ведь отказаться от этой идеи нельзя.

Описание сущностей членов пантеона и областей бытия, за которые они отвечают, я осилила в рекордно короткий срок. Хорошо, что богов не очень много.

Неумолимая — богиня смерти, встречающая умерших на пороге своих владений и провожающая в загробный мир.

Милосердная — богини жизни. Покровительница детей, рожениц, новобрачных. Ей же поклоняются целители и лекари, к ней возносят молитвы тяжело больные люди и нелюди.

Судьба — та, в чьих руках нити всех судеб. Она прядет нить, ведущую нас по жизни. Ее просят о чем-то несбыточном, или желая изменить то, что происходит сейчас. Мы все — марионетки в ее руках.

Нат — супруг Неумолимой, бог ночи и тьмы. Под покровом темноты творятся самые страшные или интимные дела.

Ла́йсет — вторая половинка Милосердной, бог света и радости, благословляющий жизнь, даруемую его женой.

Арса́г — бог разума, муж богини судьбы. Она направляет наши пути и дороги, а он вкладывает разум в наши головы, не позволяя сойти с ума или же... Тут уж как Судьба распорядится.

Узнала я и о том, где находится центральный городской храм Тьяры. Везде, кроме Дагры, боги имели равные права, а потому статуи их всех находились в одном месте. У каждого имелись свои жрецы, но и они все жили при едином храме.

Как именно проходит испытание, сведений я не нашла. Ведь всё в воле богов, всё на их усмотрение. Разглашать информацию те, кто уже его прошел, не имели права, а значит, оставалось уповать на милость высших сущностей.

Сказать, что я нервничала, это ничего не сказать. Я есть не могла от страха... Ирма мне сочувствовала, но и она не могла мне хоть о чем-то рассказать. Только утешала и уверяла, что боги милостивы, они ведь наши покровители.