Мой магический год: зима и выпечка

Выражение его лица говорило, что мои проблемы интересны ему не больше, чем жужжание мухи над ухом.

- Испортил? - зачем-то переспросил он.

- Да, именно так, - подтвердила я, не понимая, почему организатору безразлична моя проблема.

- А как вы это докажете? - с нажимом спросил он.

Я опешила.

- Докажу?

- Именно, - он сверлил меня взглядом.

- Но я приготовила пирог этим утром. Он не мог заплесневеть за полчаса, - сказала я, не в силах скрывать отчаяние в своём голосе.

- Это только ваши слова. Где доказательства? - он снова пошёл в наступление, - возможно, вы изначально принесли бракованный пирог, а теперь пытаетесь свалить вину на соперников.

У меня перехватило дыхание от возмущения. Я жертва коварства Джеральдины, а он пытается выставить меня обманщицей!

- За кого вы меня принимаете?! Я честный человек, и никогда бы так не поступила! - воскликнула я.

Организатор только пожал плечами.

- Как говорится, красивые слова к делу не подошьёшь, - он строго посмотрел на меня, - либо предъявите неоспоримые доказательства, либо уходите.

С этими словами он развернулся и ушёл, а я так и осталась стоять посреди шатра с плесневелым пирогом в руках.

Как же так?! Почему мне никто не верит?! Разве организаторы не должны защищать участников конкурса? Выходит, им всё равно. Я хотела броситься за ним, но поняла, что это бесполезно. Какие доказательства я могу предъявить? Показания Маффина, который был на кухне, когда я готовила миндальный пирог? Смешно! Увы, я не смогу доказать свою невиновность.

Я снова огляделась в поисках человека, который мог бы меня спасти, и наткнулась взглядом на Джеральдину. Моя соперница с триумфом победительницы смотрела на свой идеально украшенный десерт. Вот же змея! Почему она выбрала своей мишенью именно меня?! Хотя сейчас это не важно. Джеральдина сделала своё дело. Теперь мне нужно как-то спасать положение.

В следующий миг я услышала мелодичный перезвон. Часы на ратуше пробили полдень. Через час закончится отборочный тур, а мне нечего поставить на судейский стол.

Голова закружилась. Мне показалось, ещё чуть-чуть и упаду в обморок. Я своими руками вырыла себе могилу! Теперь Ричард выгонит меня из кафе, мои родители не смогут расплатиться с долгом за землю, нас выселят из дома, и мы всей семьёй будем ночевать на улице, а мои братья...

Стоило мне вспомнить о них, как головокружение прекратилось. Я увидела перед собой лицо Генри, который говорил, что верит в меня.