Пляска в степи

— Все сделаю, как велишь, — глухим, надорванным голосом отозвалась Мальфрида, не отводя горящего, лихорадочного взора от сына. — Отпусти мальца.

Князь брезгливо поставил Святополка на пол и подтолкнул в сторону, отчего тот упал на коленки и вновь заголосил. Дернувшуюся было к сыну княгиню Мстислав остановил одним рывком и принялся наматывать на кулак ее длинные косы.

— Куда полезла, дрянь эдакая! Сына моего отравить вздумала? — приговаривал князь, доставая из сапога короткую плеть. — Я тебя проучу, как давно уж следовало, — он поудобнее перехватил деревянную рукоять и стал вразброд осыпать ударами спину и руки тихо скулившей на полу жены.

Со свистом рассекала воздух плеть; закусив ладонь, стонала княгиня. Маленький Святополк лежал ничком в стороне и вздрагивал после каждого удара.

* Поприще - старорусская путевая мера для измерения больших расстояний, имеющая несколько числовых соответствий, одно из которых: расстояние в один день пути

* Сермяжница - сремяжником называли человека, носящего сермягу (как правило бедного крестьянина).

Железный меч VI

— Тебя князь обыскался!

Первое, что услышал воевода Крут от жены, едва переступив порог избы. Любава Судиславна смотрела на мужа, строго поджав губы, всем своим видом выражая неодобрение. Отвернувшись, она с силой ударила тесто о припыленный мукой стол, подняв в воздух серое облако.

Воевода тяжело вздохнул.

— Зачем искал? — спросил он мирно, возясь с ремешками на воинском поясе.

— Я почем знаю! — сварливо отозвалась жена. — Но ты знай, что трижды мальчишки прибегали!

Крут Милонегович поглядел на нее, чуя очередную ссору. Конечно, Любава злилась и была, в общем-то, в своем праве. Жена полагала, что он, старый вояка, совсем сбрендил с поисками своей знахарки и гоняется за ее тенью по всему княжеству, словно мальчишка! Уже соседям в глаза стыдно смотреть, муж под старость остатки разума растерял! Дома не бывает, ночует по постоялым дворам, словно семьи у него нет! Как одурманили его.

Потому-то все упреки жены воевода Крут принимал с молчаливым смирением, которое нельзя было угадать в нем с первого взгляда. Перед Любавой Судиславной, с которой он прожил множество зим и вырастил детей, ему было совестно.