Зачем тебе ведьма, ведьмак?

Но когда всё же принялась-таки грызть изнутри, стало препротивно. Это воспринималось не только как беспокойство, но и как реальный дискомфорт: словно кто-то под кожу опилок навалил. Я всё никак не могла понять, в чём причина. Ни следов упырей, ни волкодлаков, ни прочих не ощущалось. Обычное зверьё нам не страшно. Так что же тогда?

Сморгнула взгляд на навий. И тоже пусто. Но беспокойство не оставляло. Особенно нервировал ведьмак, который весь стал как взведённая пружина. Только тронь – и он распрямится. Да ещё и рука не покидала меча, что был прикреплён к седлу.

Тоже что-то его беспокоило.

Дорожка впереди как-то потерялась, словно её обходить вдруг все проезжие начали. Как если бы разбойники засаду устроили, а остальные путники её огибали безопасным кругом. А потом, когда лихие люди края покинули, кто-то по старой тропке продолжил ездить, а кто-то по новой. Ведьмак свернул направо, там бурелом поменьше, да и в целом дорожка посветлее была. Я бы тоже её выбрала – где меньше заросли, там и тише.

Вскоре лес и вовсе расступился, открыв нам широкую ясную полянку. На ней по краю ютились нетронутые заросли малины, летали бабочки, а мелкие цветочки создавали совсем уж идиллическую картину. Которую нарушил вопль ведьмака:

– Назад!

Вот почему он командует одно, а сам делает совсем другое? Дарий скатился с коня, на ходу выдёргивая меч, и ринулся в центр поляны. Туда, где начал подрагивать и искажаться воздух.

Я назад, конечно, не развернулась, тоже спешилась, но и в бой рваться не спешила.

Сначала надо было сориентироваться. Я чувствовала, как начала подрагивать земля, и по коже побежали тревожные мурашки. Сначала цапнула своего коня за поводья, а потом поймала и ведьмаковского, накинула оба повода на ближайший крепкий сук. Если сейчас лошади ускачут, то дальше нам идти пешком придётся. Может, рыжая и навидалась всякого, но деревенский жеребец был ощутимо на взводе.

Встряхнула руками и тут же осознала, насколько я слаба. Толку от меня будет не особо много. А толк бы был нужен, потому что на поляне уже разгорался тот ещё спектакль в былинном жанре.

Дерево, что стояло поодаль, ожило. Оно размахивало ветками, как плетьми, старалось достать ведьмака, то ли схватить его хотело, то ли сломать. Дарий рубил сучья своим мечом, двигаясь быстро и ловко. Я пообещала себе, что потом вспомню и мысленно повосхищаюсь выверенными эффектными движениями мужчины, а пока есть дела поважнее. Меч у ведьмака был один, а веток у дерева – куча.